Страница 59

тут в отчаяние… Сбит был один «Авро», два других вернулись после операции

благополучно.

— Этот налет считается первым применением стратегической авиации, — заявил

Гастингс. — Во всяком случае, так думают в Англии.

— Кстати, — вставил Франсуа, — эти самолеты были одноместные или двухместные?

— И так, и эдак, — ответил Гастингс. Одноместные использовались для патрулирования.

На место наблюдателя ставили дополнительный топливный бак, а над верхним крылом

устанавливали пулемет «Льюис». Вот еще факт: было двести семьдесят четыре таких

самолета — в ПВО Англии в восемнадцатом году. И двести двадцать шесть из них

применялись во время Второй Мировой. Одноместный вариант, кстати, применялся в

качестве ночного истребителя-перехватчика.

— Вы, англичане, мастера летать ночью, — заметил Ларош.

— Возможно, это наш конек, — скромно согласился флайт-лейтенант.

— Кстати, — перебил Франсуа Ларош, — до какого года в Великобритании выпускали

«Авро-504»?

— Не поверите, но до 1933-го, — ответил Гастингс. — Действительно машина-

долгожитель. Самолет казался идеальным для подготовки молодых летчиков. Не только в

Стране Советов, где сложной техникой пришлось овладевать детям рабочих и крестьян, не

имевшим, в общем, никакого базового образования. Но и в Англии, где дела обстояли...

скажем так, менее революционно.

— Новичок — он и в Новой Зеландии новичок, — сказал Вася. — Не вижу ничего

особенного. В авиацию Советов, кстати, «Авро-504к» попал благодаря тем же англичанам.

Уилберфорс Гастингс чуть поклонился и улыбнулся с весьма самодовольным видом,

словно это он лично поставил Советам «Авро-504к».

— Ну да, в девятнадцатом англичане — уж простите, Гастингс, по линии Антанты, —

поставили белым — если говорить точнее, армии генерала Миллера, — несколько «Авро-

504к». И вот один из них был подбит и плюхнулся в районе Петрозаводска. Там

находилась Первая стрелковая дивизия красноармейцев. И тогда командование Красной

Армии поручило механику шестого авиаремонтного поезда красноармейцу Сергею

Ильюшину привезти в Москву этот интересный самолетик.

— Ильюшин — это тот самый Ильюшин? — уточнил Франсуа Ларош.

— Что значит — «тот самый»? — прищурился Вася с торжествующим видом. — Будущий

гениальный авиаконструктор? Именно так.

— Я думаю, — мягко заметил Гастингс, — что гениальным он был с самого начала, а вот

проявить это свое качество в работе конструктора смог уже позднее.

— Не придирайтесь к словам, товарищ флайт-лейтенант, — ответил Вася. — Ильюшин

получил важное задание. Но как его выполнить? «Авро» упал в глухом лесу, далеко от

железной дороги. Как его, простите, вытащить? Конечно, бывали случаи, когда в самолет

впрягали волов или лошадей... Это из области курьезов...

— Вы шутите, Вася, — очень серьезно произнес Франсуа Ларош. — Самолет — не телега.

— Не телега, но в России возможно что угодно, — Вася хмыкнул. — Однако у Ильюшина

ситуация была иная — глухой лес, ни один вол не пройдет. Поэтому находчивый

красноармеец разобрал самолет на месте. И по частям, на себе, перетащил до ближайшей

просеки. Вы бывали в окрестностях Петрозаводска?

Ларош покачал головой. Вася перевел взгляд на Гастингса. Англичанин пожал плечами.

— Карельские леса, друзья мои, — это настоящая глухомань, — объяснил Вася. —

Пришлось Ильюшину идти с тяжестью по жуткой грязи. Дотащил он разобранный

самолет до просеки. И там уже нашлись телега и лошадь, чтобы доставить ценный груз к

железной дороге.

— Неужто он один работал? — удивился флайт-лейтенант.

— Нет, конечно, в помощь выделили пять красноармейцев. Приключение оказалось то