Страница 5

— М-да, — покачал головой Василий. — И каковы причины?

— Криворукость, как и было сказано кое-кем из присутствующих, — улыбнулся вахмистр, покосившись на Горыныча. Змей сделал вид, будто ничего не слышит. — То есть, неподготовленность основной массы пилотов — конец войны, значительную часть личного состава выбило, новички не справлялись. И как второстепенный фактор недостаточная надежность двигателей «Jumo-004» и их низкой боевая живучесть, плюс катастрофическое положение со снабжением боевых частей.

— Зато был дан старт новой эпохе, — держался своей версии дракон. — Чехословаки начали делать свой Avia CS-92, копию «двести шестьдесят второго». В Советском Союзе построили аналог Су-9, причем оснащенный помянутыми трофейными двигателями «Jumo-004». У англичан тоже был очень похожий аппарат, «Глостер Метеор», единственный реактивный самолет союзников, успевший принять участие во Второй мировой. К маю 1945 года успели произвести двести десять «Метеоров», однако существенного влияния на ход войны они не оказали — техника считалась особо секретной, поэтому летчикам было категорически запрещено перелетать за линию фронта, чтобы не попасть в руки немцев при аварии...

— Интересно, откуда ты все это знаешь? — поинтересовался Вася.

— Потому что в отличие от вас, я еще и книжки читаю, — высокомерно сказал Горыныч. — Библиотека на нашей базе богатая, рекомендую заглядывать хотя бы по воскресеньям.

— Погоди, погоди! Книжки — они маленькие, а ты вон какой здоровый!

— Аудио-формат, — не смутился Горыныч. — Попросил библиотекаршу поставить диск, улегся под окном и слушай себе...

© А. Мартьянов. 04.05. 2012.

06. Оружие Победы

— У-ух, красотища какая, — аэродромные техники помогли Герману Вольфу выбраться из кабины Bf.109, вахмистр пошатываясь сделал несколько шагов по летному полю, с трудом развязал промокший насквозь шейный платок и вытер им капли пота на лице. — Сочувствую собственному вестибулярному аппарату, эдакие перегрузки!

— Как повоевалось? — к самолету, переваливаясь и клацая могучими когтями о бетонные плиты подошел Горыныч. Потянул ноздрями, изобразил на ящеричьей морде брезгливое выражение. — Фу, герр вахмистр, от вас несет будто от распоследнего клошара!

— Отцепись, змеюка злоязычная, — устало вздохнул Вольф. — Я ведь не подшучиваю над твоей кошмарной аэродинамикой? В воздухе ты больше похож на трамвай с крыльями! А если серьезно, то очень занимательный бой получился!..

— Это вы справедливо заметили, — подошел только что приземлившийся штаб-сержант Ричард Хопкинс выходивший в бой на «Аэрокобре», такой же красный и вспотевший. Протянул бинокль: — Взгляните, веселье пока не закончилось...

Точно. Над отдаленным холмами Эль-Халлуфа крутились несколько истребителей, устроивших впечатляющую «карусель». Дракону, обладавшему феноменально острым зрением (сам Горыныч уверял, будто способен разглядеть с высоты спрятавшийся под масксетью МС-1 с танкистской базы) цейссовская оптика не требовалась:

— Под бортовым номером 11 наш Василий летает? — басом комментировал змей. — Молодец, ничего не скажу, с виража ушел в контролируемый штопор, заходит «Худому» с нижней полусферы, из слепой зоны!.. Есть!

Синее небо прочертила дымная полоса, «сто девятый» развалился на части еще в воздухе. Бой, похоже, подходил к закономерному финалу — свалка «пятнадцать на пятнадцать» перешла в стадию одиночных поединков, где верх одерживали более опытные пилоты.