Страница 19

— Из-за чего могут стреляться авиаторы? — Горыныч лукаво дохнул огоньком в сторону.

— Из-за красивой женщины? — предположил Ганс Шмульке.

— Фф-фух! — отреагировал Горыныч. — Первым делом — самолеты! Ну а девушки — потом, как известно

— И какой же самолет они не поделили?

— Ме.210, — сообщил Горыныч. — Вася его считает секретным оружием люфтваффе и хитрой такой, технически революционной машиной, а Герман Вольф как персона обстоятельная и справедливая закономерно возражает. Слово за слово — схватились за револьверы.

Ганс Шмульке от такого известия схватился за голову.

— Можно подумать, если один подстрелит другого, это что-нибудь изменит в конструкции самолета!

— А может, им нравится поиграть немножко в дуэлянтов? — прищурился Горыныч.

— Играли бы в небе, — сказал Ганс. — В конце концов, что-то доказать касательно самолета можно только летая.

— Это-то так, но тут ведь целая легенда. Про «Мессеры», — сказал Горыныч. — Что они такие были замечательные. На самом деле история этого легендарного самолета сводится к захватывающей попытке объединить желание Германии добиться господства в воздухе с желанием концерна Messerschmitt добиться положения ведущего поставщика самолетов для Люфтваффе. Вокруг этого все и крутится. Политические, брат, интриги и их невинная жертва — самолетик.

— Погоди, — перебил Шмульке, — а при чем тут конструкция самолета?

— Я тебе о чем толкую? — возмутился Горыныч. — Ты меня хоть слушаешь? Перед войной и на протяжении первых лет войны профессор Вилли Мессершмитт был весьма влиятельной фигурой. Одолел и фактически задавил несколько фирм, в том числе — Henshel, Heinkel и Focke-Wulf.

— Ме.210, вроде бы, задумывался как многоцелевая машина, — припомнил Ганс. — Чуть ли не самого Геринга идея. Хотел создать элитарные эскадрильи тяжелых истребителей. А что не так?

— Да то, что есть такое дело — списывать на Геринга провалившуюся концепцию, — отозвался Горыныч. — Идея многоцелевого самолета не нова и возникала не только в Германии. Но в чем немецкая специфика? — Он замолчал и посмотрел Гансу в глаза.

— И в чем наша специфика? — подхватил Ганс.

— В том, что немецкий многоцелевой самолет должен был отвечать идее блицкрига. То есть этот самолет должен был поддерживать войска, ушедшие в глубокий прорыв, а также — морские операции. С незначительными переделками машина должна была действовать как тяжелый истребитель, скоростной бомбардировщик, пикирующий бомбардировщик, штурмовик, разведчик, ночной истребитель, торпедоносец и дальний тяжелый истребитель сопровождения. Прикинь? Фактически универсальный самолет.

— И почему же он не «секретное оружие» люфтваффе? — прищурился Ганс Шмульке.

— Потому что это был секретный больной котенок, над которым работали до войны и всю войну, да так и не довели до ума, — ответил Горыныч. — Ну, для начала предложили несколько альтернативных конструкций, из которых на вооружение приняли двухмоторный самолет Messerschmitt Bf.110. Сентябрьская кампания показала, что он имеет определенные достоинства. Были и минусы. Например, Bf.110 имел недостаточный радиус действия и ограниченную бомбовую нагрузку. Слабовата маневренность. Приняли логичное решение — создать новый самолет, обладавший достоинствами Bf.110, но лишенный его недостатков.

— Логика безупречная, — согласился Шмульке.