Страница 89

На несколько секунд он потерял способность видеть и оценивать обстановку, а затем лицо

ему опалило пламя. Поблизости пылал FIAT — абиссинцы облили его бензином и

подожгли.

Капоретто не знал — его бы это и не утешило, — что другого лейтенанта абиссинцы

просто закололи сквозь смотровую щель, забравшись на броню танка и ударив итальянца

ножом в глаз.

5 мая 1936 года, Аддис-Абеба, Абиссиния

Маршал Бадольо вступил в абиссинскую столицу.

Он гордо ехал на коне, оглядывая свое завоевание. Неприятно, конечно, осознавать, что

победа одержана лишь потому, что у врага практически не имелось современных

технических средств. Страшно подумать, что случилось бы, располагай Абиссиния хотя

бы достаточным количеством боеприпасов.

И все-таки как хорошо действовали танки у озера Ашанги! Учения, маневры,

модификации танков, обучение слаженности действий пехоты, артиллерии и танковых

частей, — все это не пропало даром...

Но как хороши эти дьяволы, абиссинцы!.. Они не только подбивали танки, они ухитрялись

их захватывать. По предварительным данным, не менее восемнадцати машин перешли в

их руки.

Хорошо еще, что у них не хватает подготовленных кадров. Скорее всего, они просто

закапывали танки в землю и использовали их как неподвижные огневые точки. И на том,

как говорится, «спасибо».

52. Скорость против брони

15 марта 1931 года, Берлин

— Мне надоело прибегать к ухищрениям, недостойным германского солдата! — Генерал-

майор Освальд Лутц, инспектор автомобильных войск Рейхсвера, сверкал глазами так

яростно, что, казалось, из них вот-вот начнут вылетать молнии. — Мы связаны по рукам и

ногам этим унизительным Версальским договором.

— Скоро все закончится, — негромко отозвался подполковник Гейнц Гудериан.

Лутц перевел взгляд на своего начальника штаба. Гудериан с его простым лицом и

жесткой щеткой усов действовал на Лутца успокаивающе.

— Скоро Германия наконец поднимется с колен, — уверенно продолжал Гудериан. —

Она разорвет унизительный договор, и тогда весь мир услышит грохот наших пушек.

— Чтобы мир услышат грохот наших пушек, следует готовиться уже сейчас, — заметил

Лутц. — А мы имеем право на весьма ограниченное количество бронемашин, и те должны

использоваться исключительно полицией.

— Но никто же не посмеет запретить нам строить дорожные и сельскохозяйственные

машины, не так ли? — сказал Гудериан.

Лутц погрозил ему пальцем:

— Мы не говорим об этом вслух.

Действительно, работы велись. Сначала — лишь в области организации и тактики

танковых войск. Которые у Германии будут, и очень скоро.

Затем началось проектирование и новых танков.

На самом деле, конечно же, речь шла о сельскохозяйственных образцах. Взять, к примеру,

легкий трактор.

А ведь в не столь отдаленном грядущем — Гудериан твердил об этом день и ночь, -

большие танковые части будут иметь огромное, если не решающее значение.

Почему бы не разработать модель легкого... трактора, массой, скажем, в пять тонн? На

этом тракторе можно будет обучать будущих тан... трактористов.

А то до сих пор приходилось ездить на каких-то деревянных и даже картонных макетах.

Правда, их ставили на шасси легковых автомобилей. Но все равно — как-то неприятно,

унизительно даже.

Пора переходить на настоящие машины. Как бы они ни назывались.

20 апреля 1931 года, Берлин

Инженер Хогеллох разложил перед Лутцем чертежи.

— Фирме «Крупп» приятно сознавать, что ее руководители мыслят в едином русле с

руководством страны! — произнес он. — Когда мы получили заказ на разработку

маленького трактора в пять тонн весом, у нас уже имелись почти готовые проекты,

которые сегодня мы имеем удовольствие представить.