Страница 27

— Ребе, какое дело меня всегда прокормит?

— Иди в пекари! Тогда у тебя всегда будет хлеб.

— А если все деньги у меня уйдут на муку?

— Тогда ты уже не будешь пекарем!

Йосель жалуется раввину на своего мошенника-поставщика.

Раввин говорит:

— Ты прав.

Вскоре приходит поставщик, обвиненный в мошенничестве, и жалуется на Йоселя.

Раввин говорит:

— Ты прав.

После того как поставщик ушел, жена раввина говорит:

— Так ведь не бывает, чтобы правы были оба!

— Ты тоже права, — говорит раввин.

— Ребе! Что нам делать? Мой муж свалился с лестницы, сломал обе ноги и теперь не может зарабатывать!

— Тут надо подумать. Приходи завтра.

На другой день. Ребе, строго:

— Мне интересно, что еврею вообще понадобилось на лестнице?

Ребе сидит, размышляет над чем-то. Тут вбегает еврейка и кричит:

— Помогите, ребе, мой муж собирается разводиться со мной!

Ребе ищет в одном фолианте, в другом фолианте, в третьем… Наконец, в третьем находит, что искал: очки. Он надевает их, смотрит на еврейку и говорит:

— Он прав.

Еврей всю жизнь был сапожником; однажды ему досталось большое наследство. Но в делах он разбирался плохо — и вскоре разорился. Он просит совета у раввина.

— Ты должен совершить тшуве (покаяние, а также: поворот, возвращение), — авторитетно заявляет раввин.

Сапожник удивлен: вроде он таких уж больших прегрешений не совершал. Но раввину перечить не принято. Сапожник целый месяц проводит в молитве и посте. А дела у него идут все хуже. Он жалуется раввину: тшуве не помогло.

— Не может быть! Расскажи, как ты совершил тшуве!

Сапожник рассказывает.

— Ага, теперь я понимаю, почему не помогло! Я ведь что имел в виду: ты был сапожником, вот и вернись к прежнему занятию, стань снова сапожником!

Раввину сообщили: в их общине умер достойный человек, причем умер безвременно, молодым.

— Что с ним приключилось? — спрашивает раввин.

— Он умер от голода.

— Еврей — и умер от голода? Не может такого быть! Почему он не пришел ко мне: я бы его поддержал.

— Рабби, он стыдился просить помощи.

— Тогда он умер от гордости, а не от голода! Евреи от голода не умирают.

К раввину приходит еврейка, очень расстроенная. Ее сын уронил свою шапку в мясное блюдо, приготовленное для шабеса. Остается ли это блюдо кошерным? (Го есть разрешенным для еды. Не разрешенной для еды, трефной, считается, среди прочего, смесь из мясных и молочных продуктов.)

Раввин полагает: это зависит от того, что было на шапке.

Женщина, подумав, говорит:

— Грязь на ней, скорее всего, была.

— Грязь — это кошер, — считает рабби.

— Наверное, насекомые.

— Насекомых можно поймать и выбросить. Кошерное.

— Ну, что еще? У бедного мальчика парша: может, что-то попало и на шапку.

— Парша — это кошер.

— Иногда мальчик ел бутерброд. Может, случалось так, что испачканными пальцами он трогал фуражку.

— Хлеб с маслом?! — в ужасе воскликнул раввин. — Трефное!

К раввину приходит бедный еврей, приносит зарезанную курицу.

— Скажите, ребе, эта курица кошерная? У нее нет желчи.