Страница 12

Казанец(оглядываясь). Талантливые...

Чубукова. Да, разносторонние... Я даже не ожидала, что встречу таких!

Казанец. Но вы к некоторым из них относитесь равнодушно...

Чубукова. Равнодушно?!

Казанец. Не замечаете их.

Чубукова. Я буду рада, если вы подскажете, покритикуете меня...

Голос Пчелки(за сценой). Шимпандзе.

Казанец(тревожно прислушиваясь). Критика, она, конечно, полезна в общественных делах, но в личных...

Чубукова. В личных?

Казанец. Вы не замечаете, некоторые вам очень шимпантизируют...

Чубукова(начиная понимать). Степан Григорьевич...

Казанец. Вы раньше очень приятные слова обо мне говорили... Называли героем...

Чубукова(растерянно). У вас есть драматический талант, способности...

Казанец. Я бы хотел открыть вам мое сердце.

Чубукова(отстраняясь). Не надо. Прошу вас, не надо. Зачем же вы меня хотите поставить в тяжелое положение?

Казанец. Но ведь вы же утверждали, что я герой!

Чубукова(взволнованно). Я и сейчас утверждаю. Вы и есть герои, передовые люди... И вы, Степан Григорьевич... У вас жена — прекрасный человек. Красивая, умная... Не надо, прошу вас. Вы добрый, хороший! Я виновата, дала какой-то повод. Серьезный урок для меня. Но, поверьте, никогда не вспомню... Забудем, останемся друзьями. (Протягивая руку.) Ну?

Голос Пчелки(за сценой). Шимпандзе!

Казанец(разъяренный). Я из него сейчас гориллу сделаю. (Убегает.)

Чубукова, закрыв глаза руками, плачет. Входят Павлина и Галина.

Павлина(увидев плачущую Чубукову). Мария Васильевна! Что с вами?

Чубукова(всхлипывает). Ничего-ничего... Пройдет.

Галина(пытливо). Обидел вас кто, да?

Чубукова. Нет-нет, никто!

Павлина. Скажите, кто обидел?

Галина. Мы голову с него снимем.

Чубукова. Не все у меня получается...

Павлина(сердечно, тихо). А вы думаете, у всех получается? Живешь по одной линии, а на нее поперек другая находит... Как быть? Жизнь большая, сгибаться нельзя. Раз согнулся, два согнулся — можно в том положении на всю жизню остаться. Не сгибайтесь, Маша.

Чубукова(печально улыбнувшись). Ничего... Спасибо, спасибо за все. (Уходит.)

Галина. Не верю я ее слезам! Поглядеть — сверху такая тихая. А приворожила наших мужиков.

Павлина. Мужики, видать, непрочные.

Галина. Я своему перья повыщипала с головы.

Павлина. Смотри, лысым досрочно будет.

Галина. Из самодеятельности парик возьмет.

Павлина. Жестокая ты...

Галина. Ты ж своего однажды учила аполовником. Не жалела?!

Павлина. Другое время было. Я еще не имела в виду — чи выйду за него замуж, чи не выйду.

Галина. А теперь жалеешь?

Павлина. Шо ж я его изувечу, а мне с ним жить? А он, може, от ударов дураком сделается. Негоже. Он хлопец добрый, но дурь незамужняя еще не вся с него вышла. Ту дурь надо потихоньку выпускать, а то он без ей может задохнуться. Она для него вроде как кислород. И я, если ты хочешь знать, люблю его, проклятого! И я его, проклятого, выведу, куда надо, и он пойдет...

Галина. За тобой?

Павлина. На кой мне нужен мужик, что вроде ишачка за мной плестись будет. Мне нужен человек, что со мной рядом зашагает.

Галина(насмешливо). Плечом к плечу?

Павлина. Ага!

Галина. Не больно старается, все норовит вперед забежать.

Павлина. Вот я его и подсеку. Галя, просьба имеется. Мы будем с Иваном Нелюбой представление показывать.

Галина. Нелюба тебе нравится?

Павлина. Я человек верный и Степану изменять не намерена.

Галина. Ну и дура.

Павлина. То мое дело. Ты слушай, сядь рядом со Степаном и, когда мы будем представлять, говори всякие слова.

Галина. Какие?

Павлина. Как она его любит! Как он ее любит!

Галина(разочарованно). И все?

Павлина. Все. Как скажу слова: «Как слабо, нежно, мягко наше тело», ты и говори: «Как она его любит! Как он ее любит!» Ясно?

Галина. Ладно. Но я б на твоем месте все же его...

Павлина. Мое дело, Галя. Мой горшок, хочу об пол разобью, хочу на тын повешу! Давай порепетируем: «Как слабо, нежно, мягко наше тело!»

Галина. Как она его любит!