Страница 40

И каждый раз, как повышают цены за проезд, экс-кондуктор застегивает свою куртку, достает из шкафа мегафон и парализует работу транспорта (!!!). И так все эти годы». Поместили и мою фотографию – Для полной ясности.

Классический пример манипулирования общественным сознанием. Факты соответствуют (почти), текст выглядит безобидным, призыв читается между строк, и можно не сомневаться: орда шпрингеровских читателей услышит его. И она услышала. Два дня телефон в моей квартире не смолкал. Меня, мою семью обливали грязью, угрожали расправой: «Мы тебе оторвем башку!», «Твоему сынку надо вспороть живот. Тогда у тебя, свинья, появятся другие заботы, нежели парализовывать (!) движение наших (!) трамваев», «Чтоб ты сдох из-за своего желудка!». Лексика четко повторялась. А один сказал даже так: «Лучше бы ты сам повесился, вместо того чтобы разъезжать на своем «дипломате» и гадить своим прежним работодателям!» Утешало только то, что нашлось немало других людей, которые ничего не имели против «экс-кондуктора». А угрозы по телефону после появления подобных статеек в «Бильд» – дело, в общем-то, обычное.

Травля отдельных лиц вообще была излюбленным средством запугивания.

Мой коллега из «Красного кружка» рассказал мне такую историю: немного задержавшись на работе, он сел в машину и поспешил на митинг, который должен был проходить перед зданием оперы. Не доезжая до центра города, он вдруг обнаружил, что улица блокирована. Полицейские перегородили все пути, хотя процессия должна была пройти не раньше чем через час. У водителей настроение, конечно, гнусное. И вот мой друг выходит вперед и осведомляется у полицейских, почему закрыт проезд. Следует точный и заранее подготовленный ответ: «Жалуйтесь господину Киттнеру. Он живет на Бишофсхолердамм, 88».

Эту справку, как рассказал мой друг, полицейский давал всем, кто к нему обращался.

Разумеется, еще лучше расправляться с «зачинщиками» при помощи юстиции. Но поскольку наши выступления носили ненасильственный характер, сделать это было непросто. Несколько полицейских протоколов, которые мне были подброшены в 1970 году, неопровержимо доказывают это. Приведу выдержку из рапорта сотрудника уголовной полиции: «Около 19 часов я вел наблюдение и фотографировал главного оратора – Киттнера на Курт-Шумахерштрассе, на остановке «Штайнтор», когда он вместе с другими демонстрантами, встав на трамвайные рельсы, руководил блокадой. Его устные распоряжения я мог слышать лишь отрывочно, их смысл был таков: демонстранты должны взяться за руки и создать преграду. Насильственных действий против полиции не предпринимать…»

Докладывает его коллега: «Около 19 часов процессия демонстрантов во главе с господином Киттнером подошла к остановке «Амштайнтор». Господин Киттнер, разведя руки в стороны, встал спиной перед трамваем, которому пришлось остановиться. Вокруг собралась большая толпа, примерно около 800 человек. Господин Киттнер через мегафон обратился к демонстрантам. Содержание его речи я понять не смог. Около 50 демонстрантов, которые находились в передних рядах, взявшись за руки, образовали цепь. Я не мог видеть, предприняли ли полицейские какие-либо действия лично против Киттнера и оказывал ли он сопротивление. Участвовавшие в акции полицейские лично мне неизвестны. Вероятно, речь идет о персонале, присланном из Брауншвейга».

Несколько дней спустя в деле появляется новое сообщение первого агента. Очевидно, это был его ответ на повторный запрос. Из него явствует, что высокое руководство хотело сделать моментальное фото, которое собиралось использовать против меня как обвинение, и начало уже подбирать свидетелей.

«Мне лично сильно мешали демонстранты, так что я только частично мог наблюдать за происходящим. Я держал фотоаппарат над головой в направлении предполагаемого центра событий. При этом, незадолго до окончания полицейской акции, был сделан и снимок, на котором видно, как полицейские теснят Киттнера (фото № 61). Что касается вопроса, был ли здесь задействован дополнительный персонал, данными на этот счет не располагаю. В этот момент я не видел ни одного полицейского, которого бы знал лично».

Далее идет абзац, крайне интересный для нас: «Дабы осуществлять фотографирование как можно более незаметно, я старался смешаться с толпой демонстрантов и избегать контактов с полицейскими».

Несмотря на пока что безуспешные поиски свидетелей, высшее руководство явно было не намерено сдаваться: опрашивают старшего наряда, полицейского комиссара. Но и здесь результат – нуль. Хотя Киттнер теперь уже фигурирует как «обвиняемый».