Страница 44

Опыта общения с маоистами у наших молодых сподвижников еще не было. Не удивительно, что у некоторых из них загорелись глаза от лицемерных призывов фокусников от революции к единству действий. И если хоть несколько неопытных и доверчивых представителей школьных и студенческих групп перебежали бы на сторону пресловутого комитета, это означало бы начало раскола.

Поэтому я предложил противной стороне, ратующей за объединение, самой вступить в «Красный кружок», хотя знал, что это для нашего союза было бы испытанием на прочность. Правда, особых опасений, что они пойдут на это предложение, у меня не было: их явно интересовало другое – внести раскол в наши ряды. Ответом, как и ожидалось, был категорический отказ: «Невозможно. "Красный кружок" не ставит главной своей задачей борьбу против профсоюзов, что совершенно необходимо при нынешнем состоянии классовой борьбы в ФРГ». После таких слов не одним только представителям профсоюзов было трудно сдержаться. «Необходимо также снять требование об отчислениях в пользу общественного городского транспорта».

Наши «специалисты» удивленно подняли голову. Долгие годы занимаясь этой проблемой, они, как говорится, съели на ней собаку и могли не сходя с места парировать любое возражение. Отчисления в городской общественный транспорт были их любимым детищем. Они разработали специальную модель, которая не позволила бы концернам компенсировать отчисления на общественный транспорт за счет взвинчивания цен, в противном случае транспорт стал бы неконкурентоспособным. И теперь эксперты напряженно ждали, что будет дальше.

Я иронически осведомился у представителей «КБВ»: «Вы кто, представители торговой фирмы «Карштадт»? Чьи интересы вы защищаете?»

В ответ последовало неожиданно «революционное» заявление: «Интересы рабочего класса. Ваше требование – это маскировка, оно контрреволюционно. Опыт классовой борьбы учит, что рабочий класс все равно ничего не может добиться от концернов. Ваше требование порождает лишь иллюзии, и поэтому е надо убрать».

Выходит, забастовки с требованием восьмичасового рабочего дня были контрреволюционными только потому, что они не сразу, не с первого захода привели к решающему успеху?…

Только ради проформы – большинство наших ранее колебавшихся товарищей были уже сыты по горло псевдореволюционной болтовней – я попросил их высказаться по поводу нашего очередного требования: финансировать общественный транспорт за счет снижения расходов на производство вооружений. И угодил в точку.

Незамедлительно, без всякого перехода, в «лучших традициях» ХДС меня обругали за то, что я представляю односторонние советские интересы. Вот где «Красный кружок» показал-де свое истинное лицо. Он хочет ни больше ни меньше как оставить ФРГ беззащитной перед лицом Варшавского Договора. Потом, слегка пойдя на попятную (а вдруг все же удастся отколоть одну или две группы): «Конечно, государство должно финансировать транспорт, а откуда оно возьмет деньги, это его дело. В конце концов основные средства у него в руках».

Вот как все просто. Наше возражение – в этом случае опять, мол, будут нести расходы и без того обремененные налогами маленькие люди – было отвергнуто как «несущественное».