Страница 42

X i о б н и к о в (скача в акведуке) А ты помнишь, день-то хлябал, а ты знаешь, ветром я был.

7* 195 Утюгов (размахивая примусом) Бап боп батурай! Держите этого скакуна! Держите, он сорвет небо! Кокен, фокен, зокен, мокен! Из открытых пространств слетал тихо Земляк, держа под мышкой Лебедя Земляк подлетает к крышам На одной ил крыш стоит /конская статуя.

Она хватает Земляка и делает его тяжелым Земляк смотрит в небеса, где он только что был Земляк. Вот ведь откуда прилетел! Утюгов (высовываясь из окна). Вам не попадался скакун? Земляк. А каков он из себя? Утюгов. Да так, знаете, вот такой, с таким вот лицом.

Земляк. Он скакал на карандаше? Утюгов. Ну да-да-да, это он и есть! Ах, зачем вы его не задержали! Ему прямая дорога в ГПУ. Он…

Я лучше умолчу. Хотя нет, я должен сказать. Понимаете? я должен это выговорить. Он, этот скакун, может сорвать небо.

Земляк. Небо? Ха-ха-ха! и! е! м. м. м. Фо-фо-фо! Гы-гы-гы. Небо сорвать! А? Сорвать небо! Фо-фо-фо! Это невозможно. Небо, гы-гы-гы, не сорвать. У неба сторож, который день и ночь глядит на небо. Вот он! Громоотвод.

Кто посмеет сорвать небо, того сторож проткнет. Понимаете? Утюгов. А что это вы держите под мышкой? Земляк. Это птичка. Я словил ее в заоблачных высотах.

Утюгов. Постойте, да ведь это кусок неба! Караул! Бап боп батурай! Ребята, держи его! На зов Утюгова бежали ›же Николай Иванович и Аменхотеп. Ибис в руках Николая Ивановича почувствовал облегчение, что никто не рассматривает его устройс

тво под хвостом, и наслаждался ощущением передвижения в пространстве, так как Николай Иванович бежал довольно быстро. Ибис сощурил глаза и жадно глотал встречный воздух.

– Что случилось? Где! Почему?! – кричал Николай Иванович.

196 – Да вот,- кричал Утюгов,- этот гражданин спер кусок неба и уверяет, что несет птицу.

– Где птица? Что птица? – суетился Николай Иванович.- Вот птица! – кричал он, тыча ибиса в лицо Утюгова.

Земляк же стоял у стены, крепко схватив руками Лебедя и ища глазами, куда бы скрыться.

– Разрешите,- сказал Аменхотеп.- Я все сейчас сделаю. Где вор? Вот ведь время-то. А? Только и слышишь, что там скандал, тут продуктов не додали, там папирос нет… Я, знаете ли, на Лахту ездил, так там дачники сидят в лесу, и прямо сказать стыдно, что там делается. Сплошной разврат.

– Кокен, фокен, зокен, мокен! – не унимался Утюгов.- Что нам делать с вором? Давайте его приклеим к стене. Клей есть? – А что с ним долго церемониться,- сказал проходящий мимо столяр-сезонник, похлебывая на ходу одеколонец.- Таких бить надо.

– Бей! Бей! Бап боп батурай! – крикнул Утюгов.

Аменхотеп и Николай Иванович двинулись на Земляка.

Власть Клох прох мапхалуа.

Опустить агам к ногам! Покой. Останавливается свет Все, кто спал, просыпаются. Между прочим, просыпается советский чиновник П о д.х е л у к о в.

Подхелуков смотрит в окно На улице дудит в рожок продавец керосина Подхелуков. Невозможно спать. В этом году нашествие клопов. Погляди, как бока накусали.

Жена Подхелукова (быстро сосчитав, сколько у нее во рту зубов, говорит со свистом). Мне уики – сии – ли – ао.

Подхелуков. Почему же тебе весело? Жена Подхелукова (обнимая Аменхотепа).

Вот мой любовник! Подхелуков. Фу, какая мерзость! Он в одних только трусиках… (Подумав.) И весь потный.

Аменхотеп испуганно глядит на Подхелукова и прикрывает ладошками грудь.

197 Власть Фы а фара. Фо.

(Берет Земляка за руку и уходит с ним на ледник.) На леднике, на леднике морел сидит в переднике.

Каха ваха.