Страница 20

* * *

Великий греческий баснописец Эзоп был, как известно, рабом. Как-то хозяин послал его в город с поручением. По дороге Эзопа встретил судья и спросил:

- Куда идешь?

- Не знаю, - ответил баснописец.

Такой ответ показался судье подозрительным, и он распорядился отвести Эзопа в тюрьму.

- Но ведь я сказал сущую правду, - заверил Эзоп. - Откуда мне было знать, что я попаду в тюрьму.

Рассмеявшись, судья отпустил его.

БАТЮШКА - святой отец, священник.

В церкви звонит телефон. Батюшка снимает трубку.

- Алло, батюшка, это из горкома партии беспокоят. Просьба к вам есть. Стульев не хватает. Пришлите нам, пожалуйста, двенадцать штук.

- Хуй вам, а не стулья! Прошлый раз дал вам скамейки, так вы их изгадили и матерными словами исцарапали.

- Ах, так! Тогда хуй вам пионеров в церковный хор!

- Хуй нам пионеров в церковный хор? Тогда не будет вам монахов на субботник!

- Тогда хуй вам комсомольцев на крестный ход!

- Ах, хуй нам комсомольцев на крестный ход? Тогда хуй вам монашек на финскую баню!

- А за такие слова, батюшка, можно и партбилет на стол положить!

* * *

Летит батюшка в самолете. Вызывает стюардессу. Стюардесса подходит.

- Девушка, извините, мы на какой высоте летим?

- Одна тысяча метров.

- Будьте любезны, принесите пятьдесят грамм коньяка, пожалуйста.

Она принесла. Проходит некоторое время. Он опять нажимает кнопку вызова. Стюардесса подошла.

- Девушка, извините, мы на какой высоте летим?

- Три тысячи метров.

- Будьте любезны, принесите пятьдесят грамм коньяка, пожалуйста.

Проходит некоторое время. Все повторяется.

- Девушка, извините, мы на какой высоте летим?

- Пять тысяч метров.

- Пятьдесят грамм коньяка, пожалуйста.

Еще через некоторое время он опять вызывает стюардессу. Та решила лишний раз не бегать и приносит сразу рюмку коньяка.

- Нет, подождите. Мы на какой высоте летим?

- Десять тысяч метров.

- Хватит. Шеф близко.

* * *

Сталин узнал, что в Москве находится грузинский епископ отец Ираклий, с которым они вместе учились в духовной семинарии. За епископом послали, и, опасаясь гнева вождя, отец Ираклий поехал в гости не в епископском облачении, а в партикулярном костюме. Встретил Сталин отца Ираклия душевно, вспоминали прошлое, пили грузинское вино, пели песни, а уже когда расставались, Сталин подергал за лацкан серого пиджачка.

- Мэня боишься... А Его - нэ боишься? - и показал рукой на небеса.

* * *

Едут в одном купе поезда батюшка и партийный работник районного масштаба. Наступил вечер. Батюшка достает свой баул, вытаскивает бутылку французского коньяка, баночку черной икры, севрюгу... Сосед по купе к нему обращается:

- Извините, вот я - партийный работник и ничего этого не могу себе позволить. Как вам так удается жить?

- А вы не пробовали отделиться от государства?

* * *

"Церковь была отделена от государства невысоким голубым забором".

Н. Богословский