Страница 21

- Ах, троим? - возмутилась Ари.

Дракон оставил этот выпад без ответа.

Дальше рассказ Майка стал довольно невнятен, но можно было понять, что беседа велась отнюдь не в парламентских выражениях. В конце концов Курон удалился, пообещав устроить упрямому варвару полный набор полагающихся развлечений, как то: экскурсия во владения местного палача, собеседование с ним и прочие прелести.

- Я слышал, что он ответил, - сказал Гил. Майк покраснел.

- Погоди, а как ты его мог услышать, вы же в разных камерах сидели? - поинтересовался Мор.

- Так глотка-то луженая, - пояснила Инка.

- И акустика что надо, - добавил Керри.

Майк провалился бы, если бы мог.

- А что ты ему сказал? - Мору до смерти было любопытно, по какому же адресу Майк послал надворного советника.

- Я тебе потом скажу, отдельно, - пообещал Гил.

- А дальше? - потребовала Ари.

Дальше Курон навестил Гила. Сначала он долго задавал разные вопросы - кто он такой, да с кем путешествует, да кем ему приходится Мак-Лауд. Гил честно ответил, что Мак-Лауд приходится ему Горцем. Курон, которого беседа с Майком привела не в лучшее расположение духа, перешел к угрозам гораздо быстрее. Однако если о буйном нраве Мак-Лауда Курон помнил, то о том, что Гил тоже дрался со стражниками, он как-то забыл. Гил не производил впечатления человека, склонного к маханию кулаками, тем более что по сравнению с Майком выглядел не так внушительно. Поэтому Курон очень удивился, когда ему аккуратно завернули руку за спину, подвели к двери и придали солидное ускорение по филейной части. Один из многочисленных результатов был написан у Гила на лице. Инка про себя порадовалась, что обошлось без травм, хотя, очевидно, пленники были нужны Курону целыми, а в страже у него не иначе как мастера своего дела.

Здесь надо заметить, что разговор шел по-аквитански, но то и дело рассказчики испытывали неодолимую потребность перейти на родной язык, поскольку многим сильным русским выражениям в аквитанском попросту не существовало аналогов.

- Ну и что там было дальше? - спросила Тайка.

- Ничего особенного, - буркнул Майк.

- Чего это ты такой скучный? - поинтересовался Мор.

- Спать хочу, две ночи не спал, - нехотя ответил Майк.

- А чем же ты занимался? - удивился Мор. - Не песни же все орал?

Исходя из личного опыта, он знал, что двое суток подряд орать песни попросту невозможно.

- Ну, одну ночь беседовал с Куроном...

- А на другую к тебе явилось прекрасное видение?

Бывшие узники переглянулись и намертво замолчали.

- Анри, мальчик мой, - вступил в разговор отец Ивейн, - в какой башне вас держали?

- В северной, на втором ярусе, - коротко ответил Анри.

- В былые времена эта башня называлась Веселой, - в голосе аббата не осталось и тени шутливости. - И местные заплечных дел мастера предпочитают работать по ночам.

Инка вздрогнула. Софи ахнула:

- Вы были там... в подвале? - Она обвела глазами Анри, Гила и Майка.

- Меня водили туда... посмотреть, - сказал Анри. - Это называется устрашение.

В комнате повисло тяжелое молчание. Все отводили глаза друг от друга, стараясь не думать о том, что если бы... И в этой тишине Анри совсем тихо произнес: