Страница 27

Маленький зверек исчезает, сунув в карман большой кусок кулича — на ужин.

— Что же вы ребенку голову дурите! — укоризненно обращается папа-зверек к ехидной зверюше Тане. — Ведь он маленький, всему верит…

— И правильно делает! — восклицает Таня. — Это вовсе не сказки, вы действительно лишаете себя самого главного. И вы обязательно это поймете, если только…

— Если что?

— Если перестанете обкрадывать себя, — неожиданно тихо говорит Таня и смотрит на папу-зверька большими круглыми глазами цвета спелой коричневой черешни, ну да, конечно, у зверюш все пропитано черешней, потому что они все время с ней возятся. С чем поведешься, от того и наберешься. Зверьки вот имеют дело в основном с пыльными книжками, бурьяном и репейником — оттого и цвет, и манеры у них соответствующие.

Зверьки нестройно благодарят и в смущении покидают Преображенск. Зверюши снабжают их сверточками и корзиночками: «Кушайте, у нас много». «Типа у нас мало», — ворчат зверьки, но сверточки берут.

— Папа! — будит маленький зверек своего отца глубокой ночью, когда над Гордым и Преображенском стоит одинаково синяя ночь с большим количеством мохнатых майских звезд.

— Ну чего тебе? — неохотно бурчит папа-зверек, который и вечером-то еле шевелился от сытости, а уж ночью и подавно может шевелить только хвостом.

— Папа! Я вдруг подумал… а что, если правда?

— Про что? — настораживается папа.

— Ну, про это… про настоящий вкус…

— Ах, это… Глупости все, — вздыхает папа-зверек. — Немедленно спи, и чтобы больше никаких застолий со зверюшами.

— Но ведь науке это не противоречит? — с волнением спрашивает очень начитанный десятилетний зверек. — Если одни, например, не видят разницы между красным и зеленым, а другие вообще не различают цветов… могут же разные существа по-разному воспринимать вкус?

— Ага, — ворчит отец. — А также запах цветов и силу тяжести.

— Ну па-ап! Вот когда у меня был насморк — я же не чувствовал запаха цветов! — упорствует сын. — Может, у нас тоже насморк, только это насморк ума? И поэтому до нас не доходит вся мощь кулича?

— Насморк ума, — передразнивает отец. — Спи, мыслитель!

— Или если нет слуха, — не останавливается зверек. — Ему же тогда любую музыку играй — ничего не поймет.