Страница 4

– Да-да, я наконец-то стану начальником, и если не у себя дома, то хотя бы в полиции,- продолжал мистер Дуглас,- мне надоело подчиняться всю жизнь! Я такой же человек, как и все вы, я тоже хочу хоть немножко покомандовать, тоже хочу, чтобы меня слушались!…

– Да постой же, идиот,- закричала миссис Дуглас что есть мочи,- постой же! Иди куда хочешь, только оставь машину в покое, ты же не доедешь до первого перекрестка.

Не обращая внимания, Дуглас включил вторую передачу.«Олдсмобиль», дернувшись со страшным рывком едва, не сбил раннего пешехода.

– Я кому говорю!- кричала миссис Дуглас.- Идиот, поставь машину туда, где брал!…

В это время мистер Дуглас едва не угодил под огромный карьерный самосвал – огромное страшное колесо прошло в нескольких дюймах от капота «олдсмобиля».

– Ладно, ты все равно далеко не уедешь,- пробормотала миссис Дуглас,- я тебе не дам.

Оббежав вокруг дома, она направилась через стройку, желая таким образом срезать круг и, нагнав непослушного супруга, отобрать у него автомобиль, однако чего-то нерассчитала и, зацепившись ногой за проволоку, со всего размаху плюхнулась в ров с грязной дождевой водой. Побарахтавшись в грязи, миссис Дуглас вылезла и, помахав мужу кулаком, произнесла:

– А пошел ты…

В салоне шикарного «ролс-ройса» в то же утро назревал не меньший скандал. Шикарная тачка принадлежала мистеру Томпсону – владельцу довольно крупной фирмы по торговле недвижимостью. Личный водитель вез в Полицейскую Академию Мери Томпсон – дочь преуспевающего бизнесмена. Она, прочитав во вчерашнем номере «Нью-Йорк Таймс» объявление о новых условиях приема в Академию, сразу же решила посвятить себя охране правопорядка в родном городе. Рядом сидела мать Мери – престарелая миссис Томпсон, которая, узнав о решении дочери, пришла в неописуемый ужас. Поглаживая лежащего на коленях огромного, лоснящегося от жира персидского кота, миссис Томпсон говорила раздраженным голосом:

– Не понимаю, моя девочка, и зачем тебе эта дурацкая Академия? Неужели ты действительно хочешь стать полицейским? Это же так унизительно- разбираться с разными наркоманами, проститутками, насильниками! Ты наберешься там нехороших слов, ты знаешь, я недавно проходила по улице и услышала очень-очень нехорошее слово от каких-то негров -подростков. Ну просто очень нехорошее слово. На букву «ж».

Мери нехотя обернулась.

– Жопа, что ли?- недоуменно спросила она.- Так

ведь это нормально. Старая миссис Томпсон побледнела:

– Господь с тобой, моя доченька! Как только у тебя язык поворачивается такое говорить! И где ты такого набралась…

– Ну, мама, что значит где? Ты что, не смотришь телевизор, не читаешь книг и газет? Странная ты какая-то…

– Господи, неужели сейчас такое можно прочитать в книгах?- в ужасе воскликнула миссис Тампсон.- Господи, это просто какой-то ужас!…

Водитель, сидящий впереди – стеклянная перегородка не была опущена – удовлетворенно хмыкнул.

– Ну мама, ты какая-то совсем странная! Если табуретка называется табуреткой, как это еще назвать? Табуретка есть табуретка, а жопа есть жопа…

Миссис Томпсон тяжело вздохнула:

– Девочка, когда я была в твоем возрасте, я вообще

не знала подобных слов… Мери отмахнулась, как от назойливой мухи:

– Знаю, знаю, можешь не продолжать: вы не знали ни что такое жопа, ни что такое минет…

– А что это такое?- поинтересовалась миссис

Томпсон,- слово как будто французское… Мери засмеялась:

Это когда у мужика отсасывают…

Что отсасывают?

Что, что… А что у мужика можно отсасывать?

Естественно, член… Миссис Томпсон чуть не лишилась сознания:

– Боже, откуда ты это знаешь? Тебе ведь только двадцать четыре года!…

– Можно подумать, что ты в свои двадцать четыре этого не знала!…

Машина остановилась у светофора. Миссис Томпсон закрыла стеклянную перегородку, отделявшую салон от водителя.