Страница 49

– Моя старшая сестра в свое время тоже окончила эту Академию,-сообщила она Фокс-Так вот, она утверждает, что в ее бытность тут с этим было попроще…

А кто твоя сестра?- спросила Фокс.

Элизабет Трахтенберг,- ответила длинноногая,

– вы должны ее знать. Она недавно вышла замуж за вашего выпускника этой Академии, Джона Насименто. Такой потрясный мужик… Я ей просто завидую!

– Значит, Лиз – твоя сестра?- Саманта несказанно удивилась.

– Значит, так.

– А ты, стало быть, решила продолжить семейную традицию?- вновь поинтересовалась негритянка.- Решила стать офицером нью-йоркской полиции?

– Да, решила продолжить. И не только в этом…

– Что ж, отличное решение,- согласилась Фокс,- поздравляю тебя с этим выбором! Кстати, а как тебя зовут?

– Агата,- длинноногая подала руку чернокожей полицейской.- Агата Трахтенберг.

– Ну вот что, кадет Трахтенберг,- ответила Саманта, пожав ее руку,- назначаю вас старшим по этой группе. Вы должны следить за порядком, в корне пресекать всякие безобразия, а главное – смотреть, чтобы ваши мальчики после отбоя не бегали на женскую половину казарм.

– Чтобы мальчики не бегали на нашу половину?- переспросила Агата.- Отлично, мэм. Буду следить…

К Академии подкатило такси. Из автомобиля вышел очень маленький узкоглазый азиат с двумя огромными чемоданами – казалось, они были гораздо больше самого владельца. Поминутно кланяясь, он достал из кармана небольшой разговорник.

– Спасибо, сэр,- обратился он к таксисту,-

сколько моя вам долсен? Таксист, ухмыльнувшись, посмотрел на счетчик.

– Ровно семьсот баксов, приятель!

– Баксов?- узкоглазый принялся листать свой карманный разговорник,- такь, такь, посмотрим… бакенбарды, бактерия… нету баксов… Оцень извиняюсь, сэр,

но я не есть американец и не понимаю, что есть бакс. Таксист вышел из автомобиля.

– Ты что, вообще крезанулся? Не понимаешь, что такое бакс? Это должен знать каждый культурный человек!…

– Мой твоя не понимай,- ответил пассажир. Таксист расхохотался.

– Ну, доллары, доллары… Бакс и доллар – это одно и то же. Короче,- он посмотрел на счетчик,- ты должен мне ровным счетом семьсот долларов!…

Пассажир полез за бумажником. К такси подошел МакКони и, глянув на счетчик, тихо свистнул.

– Ого, приятель, ну ты и накатался!- сказал он азиату,- ты что, из Токио ехал?

– Да, моя из Токио приехала,- обрадовался тот,- я есть японец!

– Из Токио?- не поверил Джерри,- на такси? Но ведь номера нью-йоркские!…

Японец, приседая от вежливости, посмотрел Джерри прямо в глаза.

– Твоя моя не понимает,- сказал он,- я сейчас есть из аэропорта Кеннеди, а вообще-то я приехал из Япония в рамках кампании обмена кадрами.

– А, понятно,- произнес МакКони,- мало того, что вы завалили всю страну электроникой и автомобилями, вы уже принялись экспортировать в Штаты своих полицейских…

– Нам в Япония тоже прислали ваш полицейский,- возразил приезжий,- такой большой-большой, толстыйтолстый, как борец сумо. Ваш полицейский будет набирать опыт в Токио, а я буду набирать опыт в Нью-Йорк…

– А как зовут того толстого полицейского?- поинтересовался Джерри. Японец улыбнулся:

– Барби-сан.

– А, толстяк Барби!- обрадовался МакКони,- Хайталл, ты слышишь?- он обратился к проходившему мимо приятелю,- наш толстяк Барби уже в Японии!

– Да ну?- удивился чернокожий. Таксист, слушавший этот диалог, видимо, потерял терпение.

– Так ты будешь платить или нет?- дернул он за рукав японца.- Отдавай мне мои семьсот баксов!

– Постой, постой,- сказал МакКони,- откуда

взялась эта цифра? Таксист указал на счетчик.