Страница 78

Поднявшись с пола и подойдя к Агате, мужчина пристально посмотрел ей в лицо.

– Так это про тебя мне говорили?- спросил он,-

это ты любишь, когда во время акта тебя… Агата не дала ему окончить.

Да,- прошептала она и внезапно обхватила шею китайца обеими руками,- да, не продолжай, я люблю это больше всего на свете…

Может, сперва чаю?- предложил хозяин. Агата согласно кивнула.

– Спасибо, не откажусь.

Пока пожилой китаец занимался заваркой, Агата принялась осматривать комнату.

А это что такое?- она указала на небольшую проволочную клетку с крысами.

Домашние животные,- ответил хозяин,- иногда, когда мне очень грустно, они развлекают меня. Они почти ручные – я люблю кормить их с рук…- осторожно,- закричал он,- не подходите близко к клетке. Они очень, очень голодны!…

Заметив в помещении клетку с крысами, Агата более ни на секунду не сомневалась, что перед ней – Чанг.

«Главное мне удалось,- подумала девушка,- главное и, пожалуй, самое сложное. Чанга я нашла. Теперь остается придумать, каким способом мне отсюда выкарабкаться.»

Продолжая рассматривать клетку, Агата указала на подобие фехтовальной маски:

– А это зачем? Чанг улыбнулся.

– Нравится? Это – мое изобретение. Прекрасная клетка, не правда ли? Аккуратно сделана – сразу видно, что мастерил ее не какой-то там европеец, а человек желтой

расы… А маска тут для того, чтобы вставлять в нее человеческое лицо. Обратите внимание – там сбоку зажимы

– никто еще отсюда не вырывался! Клетка надевается на лицо, я поднимаю перегородку, крыса, видя перед собой свежий ужин, или обед, или завтрак, судя по обстоятельствам, сразу же…

– Отлично придумано,- воскликнула Трахтенберг.- Скажите, а для чего у вас тут гинекологическое кресло?

Чанг снова заулыбался.

– Это тоже мое изобретение. Достаточно поместить сюда кого-нибудь, а клетку придвинуть поближе,- он указал в воздухе на то место, где у лежащей должна находиться промежность,- и эти зверьки начнут свою трапезу не с лица, а с иных частей тела…

Глядя на улыбавшегося Чанга, Агата лихорадочно соображала, как ей следует поступать дальше. Чанг продолжал объяснять ей устройство клетки и, казалось, не обращал на девушку ровным счетом никакого внимания.

– А-а-а!…- Агата с пронзительным криком толкнула Чанга прямо в кресло,- тот так и не понял, что произошло. Девушка молниеносно щелкнула замочками на держателях рук и ног – китаец оказался распластанным…

– Что, что ты делаешь?- закричал Чанг.- Охрана! Скорей сюда!…

Двери раскрылись, и в помещение вбежал один из телохранителей мафиози – та даже не успела потянуться к радикюлю, где лежал кольт. Наведя на Агату ствол «Узи», охранник приказал:

– Лицом к стене! Сумку – на пол!… Да побы… Однако договорить он так и не успел – послышался короткий тупой удар, и китаец замертво свалился на пол.

Агата подняла глаза – перед ней стоял Рик, сжимая в руке пистолет – забыв, что можно выстрелить, а может быть, не желая поднимать лишнего шума, он использовал полицейский кольт более привычно для себя – в качестве кастета.

– Поднимайся,- кивнул он Трахтенберг.

Та схватила сумочку и, посмотрев на подростка, произнесла:

– Спасибо, Рик… Я – твой должник на всю оставшуюся жизнь.

Рик подошел к лежавшему на гинекологическом кресле Чангу – тот силился вырваться, но его усилия были тщетны.

– Где Харрис?- спросил Рик угрожающим тоном. Тот, не ответив, смачно плюнул ему в лицо.

– Ну, сейчас ты у меня запоешь,- злобно прошептал юноша,- сейчас я покажу тебе,- он направил свой кольт прямо в переносицу китайцу.

Тот молчал, злобно глядя на Рика.

– Где Харрис?- повторил тот свой вопрос.

Агата взяла клетку с крысами – те, поняв, что настало время кормежки, запищали, выставив вверх свои отвратительные морды с хищными мелкими зубками.