Страница 80

Колтон обидчиво посмотрел на Харриса.

– Почему же нельзя, сэр?- спросил он,- очень даже можно. Мы с Робертсом можем выбарать до потери пульса кого угодно… Сэр, разве это несерьезное дело?…

Харрис заулыбался.

– Серьезное, Колтон, очень даже серьезное… Это – самое серьезное дело в полицейской службе… Ладно, Колтон, так чего же ты в таком случае боишься?…

Тот замялся.

– Понимаете, сэр, мы проникли сюда… м-м-м… не совсем законно, ночью, никого не поставив в известность… Это не совсем хорошо…

Ты хочешь сказать, что мы нарушили закон?

Да, сэр, я очень боюсь…

– Ты не понимаешь. Мы не нарушили закон, а, как бы это выразиться поточнее… мы его слегка растянули,- Харрис медленно развел руками в воздухе, будто бы растягивая невидимую резину,- мы его слегка растянули… Мы стоим на страже закона, мы должны следить, чтобы все его нормы неукоснительно соблюдались, в том числе – и самими полицейскими…

– Вы имеете в виду коменданта Лассарда, сэр?…

– Вот-вот, Колтон, молодец, сразу же догадался, ты, оказывается, не совсем безнадежный идиот… Именно Лассарда. Он ведь уже достиг пенсионного возраста, стало быть, должен освободить это кресло для более перспективных и способных – то есть, для меня… Не волнуйся, Колтон, все будет отлично! Ты ведь не первый год знаешь капитана Харриса!…

– Сообщаем экстренный выпуск последних известий: вчера ночью из федеральной тюрьмы сбежал приговоренный к электрическому стулу опасный преступник Салдам. При побеге он убил охранника и завладел его пистолетом. Полицейские службы ведут поиск…

Комендант Лассард уменьшил громкость телевизора.

– Как это случилось, сэр?- спросил у него лейтенант МакКони, зашедший к бывшему начальнику по какому-то служебному делу.- Разве тюрьма для приговоренных к смертной казни плохо охраняется?

– Охраняется она хорошо, только этот Салдам оказался очень хитрым и коварным,- ответил тот.- Кроме

того, сразу же после водворения туда этого треклятого китайца Чанга у Салдама начались большие неприятности…

– А при чем тут Чанг?- не понял МакКони.

– Дело в том, что в последнее время все тюрьмы, в том числе и для приговоренных к высшей мере наказания, просто переполнены,- ответил комендант,- раньше по служебной инструкции приговоренных к электростулу садили в одиночные камеры, но в связи с отсутствием мест начали садить по двое, даже по трое. Салдаму очень не повезло: тюремное начальство то ли сдуру, то ли по злому умыслу подсадило к нему Чанга…

– Но ведь вся каша с похищением Харриса заварилась именно из-за того, что Чанг требовал этого Салдама – он поклялся ему отомстить за мученическую смерть Ли, прошлого предводителя банды!- воскликнул МакКони.

– Вот именно. Хотя, по-моему, лучше бы мэр отдал на съедение узкоглазым этого засранца – от него всей ньюйоркской полиции куда больше неприятности, чем от дюжины азиатских головорезов,- ответил комендант,- впрочем, я отвлекся: представляешь, как обрадовался Чанг?

– Но ведь охрана круглосуточно следит за приговоренными к электростулу,- возразил МакКони,- не мог же он издеваться над Саддамом при охране?…

Так он и не издевался…

То есть?

– То есть, издевался не он: Чанг попросил, чтобы ему позволили содержать в камере его любимую ручную крысу – ту самую, которой он собирался скормить Салдама, или, в случае невыдачи последнего – нашего Харриса. По закону, держать в камере домашних животных не запрещается.

– Ну и что?…

– Китайский мафиози принялся третировать Салдама своей ученой крысой: только он ложился на нары, Чанг командовал животному «фас», и то начинало гонять Салдама по камере… Когда же крыса отъела у него какие-то части тела, Салдам не выдержал: на прогулке в тюремном