Страница 11

Достали бутылку сухого, вот только ножа ни у кого не нашлось. Настолько непривычно было пить сухое, что никто, даже Федор, не имел особого опыта открывания таких бутылок с пробкой.

-- Эй, приятель, у тебя штопора нет? - обратился Васи лий к человеку, сидящему невдалеке. Тот мотнул головой.

-- А ножа какого-нибудь?

Гражданин, чуть помедлив, достал узкий, похожий на ши ло, нож.

Василий приладился и стал продавливать и терзать проб ку, но никак не получалось.

-- Мне выходить на следующей, - сказал гражданин.

-- Не ссы, выйдешь, - беззлобно отрыкнулся Максим, нес мешливо и мудро хлюпнув носом. Видно было, что он расслабил ся и пришел в себя.

Василий заторопился и стал тыкать ножом так, как толкут картошку на пюре. При очередном ударе он промахнулся и вса дил нож себе в запястье. Струйка крови ударила в пыльный пол.

-- В вену, - печально констатировал Василий.

Сидящие невдалеке граждане всполошились, стали глядеть с отвращением, некоторые пересели.

-- Немедленно идите в травмпункт! - вскричал мужик, ко торый дал нож. - Пойдемте, что вы сидите?

Действительно, электричка стояла на остановке. Стояла и стояла, пока не обВявили:

-- Товарищи, просим освободить вагоны. Электропоезд дальше не пойдет.

45

. .

Когда они вылезли в Пушкине, кровь уже не покрывала платок новыми пятнами.

Небо было сплошь в хмурых тучах, накрапывал дождь.

-- Да, не зря ты, Федор, ватник взял! - засмеялся Петр.

-- А мы пойдем в парк? - оглядываясь, спросил Федор.

-- Конечно, - ответил Максим.

Все улыбались.

* *

46

П О Х М Е Л Ь Е

Петр раскрыл глаза с таким ощущением, будто открывалась чуть зажившая рана.

-- Пойдешь на работу? - повторил Максим.

-- Нет, - ответил Петр и накинул пальто себе на голову.

Под пальто душно, уютно, пахнет махоркой, что-то кру жится. В кулаке, кажется, сидят маленькие существа и пропол зают туда и обратно. Быстро-быстро ползут, а то и большой кто-то пролезет, со свинью. Странно, отчего так не уравнове шенно, что во рту так жжет и сохнет, а ногам наоборот очень холодно? Оттого, что голова главнее? Или короче? Или...

-- Пиво будешь? - спросил Максим.

-- Нет.

Человечки проползли в кулак по несколько сразу. Нет, ни на какую работу. Или... И, это он про пиво, буду ли пиво, ну-ка!

Рывком сбросил пальто и сел.

-- Я тебе налил, - сказал Максим, - давай, чтоб не мая чило.

Утро дымное; но не в том смысле, что накурено, нет. Ранние косые лучи играют на бутылках, как в аквариуме, и все белое кажется перламутровым, дымным. Ну не прекрасно ли бывает еще и утро. Перламутра перла муть. Не пива, а кофе надо побольше и ходить, удивляться.

Петр встал, поднял с пола ватник и, не зная, куда поло жить его, не в силах думать над этим вопросом, бросил.

Взял стакан, поклацал по нему зубами.

В каждый момент случалось очень многое, слишком неумес тно отточены сделались чувства. Взявшись за ватник, Петр на чал более гнуть Бог знает как далеко идущую линию поведения - не выдержал, изнемог, бросил. И за пиво взялся так же вложив все свои чаянья со стоном глянул в глубокую муть, поднес к губам, приник поцелуем.