Страница 19

Но любопытство дамы Изабель этим не удовлетворилось.

– И у них нет письменности? Нет навыков рисования? – продолжала она пытать коменданта.

– Королевские, это те, которые живут в районе трапеции, умеют писать и читать, по крайней мере, некоторые из них. У них есть своя математика, однако, такая, которую ни один из наших математиков не поймет. К сожалению, я имею только поверхностные представления о бизантурах. Но для того чтобы узнать этот народец хотя бы настолько, надо несколько лет прожить с ними.

– А что вы скажите о их музыке? – настаивала дама Изабель.- У них есть хоть какой-нибудь музыкальный слух? Они сочиняют мелодии? Есть ли у них народные музыкальные идиомы?

– Полагаю, что нет,- ответил Дайрус Больцен с осторожной вежливостью.- Но я, конечно, не могу быть в этом полностью уверен. Я руковожу этим поселением уже около шести лет, и все равно периодически сталкиваюсь с поражающими меня вещами.

В знак благодарности за информацию, дама Изабель кивнула головой. Хоть она не нашла в его поведении ничего подобострастного, но и обижаться ей было не на что. После этого она церемонно начала представлять членов труппы, краем глаза наблюдая за реакцией Дайруса Больцена. Известные всему миру имена, похоже, не произвели на него никакого впечатления.

Чуть позже дама Изабель высказала Бернарду Биклю свое мнение:

– Как я подозреваю, это совершенно безграмотный в музыкальном отношении человек.

После знакомства с музыкантами Дайрус Больцен сводил их на экскурсию в поселение, состоящее из четырех бетонных зданий и небольшой огороженной территории. Два здания являлись обычными складами: одно для импорта, другое – для предметов экспорта: здесь хранились чаши, подносы, бокалы, вазы, столовые приборы из полированных местных камней: прозрачного обсидиана, бирюзы, сердолика, жадеита, темно-синего дьюмортерита и черного базальта. Особое внимание экскурсантов привлекли драгоценные камни и хрусталь, люстры с подвесками из бриллиантов, изумрудов и сапфиров, подвески для дверей и окон из турмалина. В поселении музыканты впервые столкнулись с бизантурами. Команда из четырех существ, вооруженных метлами и шлангами, очень тщательно и сосредоточено убирала территорию. В действительности они выглядели еще более несуразными, чем на фотографиях; это впечатление усиливали движения четырех рук и ног, мимика на двух странно посаженных головах, кожа, такая же грубая и серая, как гранит.

– Но эти существа довольно дружелюбны и даже кротки,- заметила дама Изабель.

Больцен рассмеялся.

– Этих четверых, не сумев подобрать лучшего сло ва, мы называем старцами. Каждый день, по причине, которая выше моего понимания, они приходят сюда и наводят порядок. Видите платки у них на шеях? Они сделаны из каменистых волокон. Их цвет имеет опре деленное значение, как у старых шотландских пледов. Черный, синий и коричневый – цвета Великих коро левских Бизантуров, а длина материи указывает на общественное положение.

Он подозвал одного из бизантуров, и тот подошел, стуча толстыми негнущимися ногми по бетону.

– Друг кьянт,- обратился к нему Больцен.- Эти люди прилетели с неба на большом корабле. Они хотят показать друзьям кьянтам много интересных вещей. Они приглашают друзей кьянтов к ним на корабль. Хорошо?

Откуда-то из недр грудной клетки послышался урчащий голос.

– Может быть, и хорошо. Но друзья кьянты боятся. Дама Изабель тут же вышла вперед и мягко, но веренно произнесла:.

– Вам нечего бояться. Мы – вполне законная оперная труппа, мы покажем вам спектакль, который, несомненно, доставит друзьям кьянтам большое удовольствие.

– Может быть, хорошо, мы пойдем посмотрим никчемных желтых кьянтов. Может быть, не испугаемся.