Страница 6

Не люди, что ли?

Построили — отсюда будет остановки три — дом. Кирпичный, двенадцатиэтажный, лоджии, лифт, скворечник на крыше — все удобства! К назначенному времени новоселы подъехали с узлами, мебелью, детишками. Ключами брякают, ждут, когда строители с последним мусором из подъезда выметутся.

И тут какой-то пацан как завопит: «Мама! Этажей-то одиннадцать!» Как — одиннадцать? Двенадцать должно быть! Считать не умеешь, второгодник!

Посчитали — одиннадцать! Как получилось? Кто обсчитался? Тьфу ты!

Дом-то, будь он неладен, кооперативный оказался. Председатель кооператива жильцам популярно объясняет: «Граждане, фактическое недоразумение. Маленькая недосдача. Ну не хватает одного этажа». Квартиросъемщики в крик: «Чьего именно этажа нету?» А черт его знает! Нижние жильцы орут: «Ребенку понятно, двенадцатого не хватает. На одиннадцатом все кончается». Верхние в обратную сторону глотки рвут: мол, двенадцатый как раз на месте, на нем крыша держится, бестолковые люди! А первый в запарке пропустили, прямо со второго начали.

Словом, крик, гам, потому что жить всем хочется.

Кто-то предложил: «Одиннадцать этажей, слава богу, есть, как-нибудь поместимся, не бароны». И с возгласами «ура» жильцы на штурм бросились.

Вы не поверите — поместились! То есть, народ по ордерам на двенадцать этажей в одиннадцать втиснулся, и без крови, а с пониманием. Не люди, что ли? Никто ж не виноват, что накладка случилась. К тому же площади открылись необитаемые.

Подвал побелили, поклеили — та же квартира отдельная. Правда, ходить согнувшись приходится. Так и на этажах от радости высоко не подпрыгнешь.

Спустили в подвал — по их просьбе — всех с новорожденными. Внизу горячей воды хоть залейся, а на верхние этажи по-разному доходит. Так что купай дите, стирай с утра до вечера. К тому же детишки в подвале кричать перестали. Нет, может, они и кричат, но насосы так гудят — ничего не слышно!