Страница 24

Глава 22.

Обе страны начали войну с того, что стали грабить корабли друг друга и выпускать фальшивые деньги, на которые закупалось золото. В первую же неделю по обе стороны океана, в армию было призвано с этой целью резервные полки дворян - мушкетеров - двоечников, которые еще не смогли закончить учебу в академиях.

Однако, вскоре, начались и продолжились настоящие боевые действия.

Территориальный спор между Англией и Францией велся за детскую песочницу, установленную на холме Ля-Рошель.

Четыре наших героя слонялись без дела по военному лагерю перед завтрашним сражением. Навстречу им часто попадались гвардейцы кардинала, напившиеся от радости до бесчувствия, узнав, что завтра в атаку пойдут мушкетеры, а они, гвардейцы, будут в заградительном отряде.

Тем временем, к мушкетерам подскакал на осле гвардеец де Жюссак (свою лошадь он продал живодеру, а начальству рапортовал, что откуда ни возьмись, прилетела пуля и бац!), и передал распоряжение Отосу, Потросу и Амарису, явиться к королю.

- Его Величество ждет вас у пивного ларька, - сказал подлый де Жюссак, загадочно усмехаясь.

Мушкетеры, прихватив пакеты и трехлитровые банки, пошли выполнять приказ.

Д’Арнатьян же сел под дерево и занялся важным делом - он вытащил ведомость по зарплате, найденную в карманах убитого мушкетера и принялся подчищать и исправлять ее, убавляя жалованье у одних мушкетеров и прибавляя себе.

Остановившись на фамилиях друзей, Д’Арнатьян задумался.

- Все-таки друзья, - сказал он, списывая у каждого по полпистоля.

Тут вдруг раздался выстрел, и перо вырвало из рук Д’Арнатьяна. Гасконец счел, что лучше притвориться мертвым и, постелив надувной матрас, с громким, душераздирающим криком рухнул замертво.

К Д’Арнатьяну подбежал де Жюссак с дымящимся мушкетом и принялся обшаривать карманы нашего «усопшего» героя. Однако, Д’Арнатьян наставил на подлого мерзавца большой пистолет, дуло которого уткнулось де Жюссаку в живот.

- Ах ты, ублюдок, мать твою, отросток хренов, чтоб тебя, так и растак! Убить меня задумал! - вскричал в порыве благородного гнева гасконец. - Я тебя щас сам убью, да так, что ты еще на том свете будешь кричать от боли, - пригрозил Д’Арнатьян.

- Нет, нет, не надо, это не я! Мне всего лишь заплатили, чтобы я убил Вас! - оправдывался, бледный от испуга де Жюссак.

- А, ну это же совсем другое дело, - сказал Д’Арнатьян, несколько успокаиваясь. - А кто тебе заплатил? - поинтересовался наш герой. - Отвечай, засранец, твою мать, чтоб тебя, говнюк! - закричал в самое ухо де Жюссака наш благородный мушкетер.

- Это все она, - захныкал подлый мерзавец де Жюссак, - Она!