Страница 30

На скамьях за загородкой томились и вздыхали три молодых парня в косоворотках. В местах для публики - несколько студентов и барышень, в углу - два репортера.

На очереди было дело Семена Рубашкина. Обвинялся он, как было сказано в протоколе, "за распро-странение волнующих слухов о роспуске первой Думы" в газетной статье.

Обвиняемый был уже в зале и гулял перед публикой с женой и тремя приятелями. Все были оживлены, немножко возбуждены необычайностью обстановки, болтали и шутили.

- Хоть бы уж скорее начинали, - говорил Рубашкин, - голоден как собака.

- А отсюда мы прямо в "Вену" завтракать, - мечтала жена.

- Га! га! га! Вот как запрячут его в тюрьму, вот вам и будет завтрак, - острили приятели.

- Уж лучше в Сибирь, - кокетничала жена, - на вечное поселение. Я тогда за другого замуж выйду.

Приятели дружно гоготали и хлопали Рубашкина по плечу.

В залу вошел плотный господин во фраке и, надменно кивнув обвиняемому, уселся за пюпитр и стал выбирать бумаги из своего портфеля.

- Это еще кто? - спросила жена.

- Да это мой адвокат.

- Адвокат? - удивились приятели. - Да ты с ума сошел! Для такого ерундового дела адвоката брать! Да это, батенька, курам на смех. Что он делать будет? Ему и говорить-то нечего! Суд прямо направит на прекращение.

- Да я, собственно говоря, и не собирался его приглашать. Он сам предложил свои услуги. И денег не берет. Мы, говорит, за такие дела из принципа беремся. Гонорар нас только оскорбляет. Ну я, конечно, настаивать не стал. За что же его оскорблять?

- Оскорблять нехорошо, - согласилась жена.

- А с другой стороны, чем он мне мешает? Ну, поболтает пять минут. А может быть, еще и пользу принесет. Кто их знает? Надумают еще там какой-нибудь штраф наложить, ан он и уладит дело.

- Н-да, это действительно, - согласились приятели.

Адвокат встал, расправил баки, нахмурил брови и подошел к Рубашкину.

- Я рассмотрел ваше дело, - сказал он и мрачно прибавил: - Мужайтесь.

Затем вернулся на свое место.

- Чудак! - прыснули приятели.

- Ч-черт, - озабоченно покачал головой Рубашкин. - Штрафом пахнет.

- Прошу встать! Суд идет! - крикнул судебный пристав.

Обвиняемый сел за свою загородку и оттуда кивал жене и друзьям, улыбаясь сконфуженно и гордо, точно получил пошлый комплимент.

- Герой! - шепнул жене один из приятелей.

- Православный! - бодро отвечал между тем обвиняемый на вопрос председателя.

- Признаете ли вы себя автором статьи, подписанной инициалами С. Р.?

- Признаю.