Страница 21

- Простите, это мой племянник озорничает. Могу я вызвать врача?

– Возраст больного.

– Двадцать минут. Уши квадратные, виски прямые, полная амнезия с утратой рассудка и жизненных навыков.

– И все это у Вас, как я понимаю?

– Не совсем. У моего друга.

– Сколько и чего выпили?

– Нисколько. Мне вообще нечем пить. Девушка, это серьезный, а вовсе не ложный вызов. Взрослый человек впал в полное детство, утратил все жизненные навыки и потому долго без помощи не протянет.

– А раньше припадки какие-нибудь были?

– Так вся наша жизнь - сплошной припадок. Им и страдал. А больше, вроде, ничем.

– Ну что ж, боюсь, что придется выслать к вам бригаду. Но если Вы сделали ложный вызов, то Вам не поздоровится. Ваша фамилия, Имя, отчество, год рождения и место работы.

– Галактион Астронович ...Звездинский. Работаю в эфире.

– Прямом?

– Всяком.

– Так и запишем. Но если Вы нас разыграли...

– И в мыслях не было. Жду бригаду. Пи, пи, пи...,- попытался изобразить повешенную трубку Галактион, но у него вышло совершенно непохоже. К счастью, дежурная уже отключилась сама.

Скорая приехала довольно быстро. Не позднее чем через час после прибытия съемочной группы отдела горячих новостей местного коммерческого телеканала, и за полчаса до прихода милиции. Все поднялись к нашей квартире и начали звонить в дверь.

Излишне говорить, что с таким же успехом можно стучаться в запертый сейф, ожидая, что кто-нибудь изнутри спросит "Кто там?", а затем откроет и пригласит войти на чашечку кофе.

– Так я и знал,- сказал врач,- опять ложный вызов.

Галактион обмер. Этот вариант он не успел продумать. Открыть-то действительно некому. Но тут вмешался корреспондент.

– Господин доктор, а Вы уверены в том, что дома никого нет или специально не открывают? Ведь случай-то экстраординарный.

– Допустим,- возразил врач,- а кто же тогда вызывал Скорую?

– Но ведь всякое могло случиться у человека, который вас вызывал. Тем более, что звонили наверняка из телефона-автомата, который довольно далеко.

Врач задумался. За дверью было тихо. И тут к счастью я (то есть мое тело-"младенец") закричало. Наверное, от голода. Причем, видимо, в какой-то извилине что-то сохранилось, и я кричал не "А-а-а!", как обычные младенцы, а почему-то "Атас!"

Тут у бригады отпали все сомнения и, условившись со съемочной группой, что они если надо выступят свидетелями, дверь была открыта нехитрым инструментом без помощи ключа.

Первым в образовавшийся пролом устремился телеоператор, за ним все остальные. Участковый тоже зашел.