Страница 34

И опять экзотика произошла. На этот раз с автобусом. Купили на автовокзале билеты на Севан, едут. Вот озеро вдали нарисовалось. А вблизи группа местных жителей на обочине. Останавливают общественный транспорт. Что-то водителю "гыр-гыр-гыр". И шумно садятся в автобус, который круто меняет направление следования. Мошкин покрутил головой минут пять, побежал к водителю.

- На Севан когда приедем? - поинтересовался.

- Нэ едэм!

- Как нэ едэм? - Мошкин от неожиданности заговорил по-армянски.

- Нэ едэм! - подтвердили только что севшие местные жители. - Дорога нэт!

В автобусе было три хохла, такие же ротозеи экзотик, как наши друзья.

- Останавливай! - кричат. - Нам на Севан!

- Мы заплатили за билеты! - завозмущался Кока. - Куда дорога девалась? На автовокзале была.

Местные ничего не знают. "Нэт!"- и баста.

Пришлось выходить со своим уставом из чужого монастыря и добираться самостоятельно.

На озере опять достопримечательность. Холод среди жаркого лета. Будто Севан родной брат Байкалу. Оказывается, купально-загоральный сезон ближе к концу лета разгорается.

А так песочек идеальный, лежаков штабеля, и ни души. Хохлы невдалеке расположились, сало едят, самогоном запивают. Изнутри греются. Кока с Мошкиным, сибирские валенки, собираясь на озеро, порешили коллегиально: с водкой на Севане отдыхать неинтеллигентно. Взяли бутылку вина, по килограмму черешни, помидоров. В жару, дескать, колбаса в рот не полезет. Кто же знал, что жара останется на подступах к пляжу. Над озером облако застыло, как гвоздями прибитое, и никакого солнца не пропускает. Вдали везде небо чистое, а здесь ни лучика на околевающие животы и спины Коки с Мошкиным не попадает. Холодища. Вином чуток разогрелись, через пять минут, будто и не употребляли кровь разогревающую жидкость. Покрепче бы...

Кока, по своей водолюбивой сути, полез в воду. Удовольствия никакого. На дне булыжники острые, вода ледяная, хлеще, чем в Байкале. Зашел по шею...

- Залазь, - позвал Мошкина в Севан.

- Я что - инвалид детства, добровольно на туберкулез подписываться? отказался от радужной перспективы Владимир Петрович.

Кока чуток поплавал и вон из этого Ледовитого океана. Водочки бы долбануть, да колбаской закусить. А тут одно ситро...

Но записал очередной водоем в список покоренных.

Клацая зубами, друзья дождались электрички и поехали в городскую жару после пригородной холодины.

На следующий день Мошкин наотрез отказался посетить еще одну мокрую достопримечательность - Ереванское море.

- Сегодня по мне лучшая экзотика - поспать. Ни одна собака на весь Ереван не знает. Кроме тебя. Но ты на другом конце города будешь. Красота. На весь день как залягу-у-у...

В троллейбусе Кока еще с одной экзотикой столкнулся. Заходит армянка через заднюю дверь, замечает знакомую на передней площадке. Радости с обеих сторон на два троллейбуса хватит... Залопотали-залопотали на полную громкость. Южный темперамент, что там говорить. Через край хлещет. Причем, ни полшага навстречу друг другу не сделали, где стояли, там и давай кричать-беседовать. Кока не успел подумать: наверное, родственники, потерявшиеся лет двадцать назад, нашлись, - как другая пара радостно закричала на весь салон после долгой разлуки. Летают новости мимо Коки, прогибая непривычные к таким перегрузкам перепонки.