Страница 17

Сам молча рисует углем на белоснежной от известки стене: рожки, ножки, голову, кудряшки - в сумме получается баран в натуральную величину.

Я подумал - у дяди не все дома, а гости кричат:

- Ура! Горько!

Пока мы с удовольствием удовлетворяли просьбу, Татьянкина тетя начала рисовать на другой стене прямоугольник, а в нем крупными буквами вывела: "ПАЛАС".

Хороший подарок, но что дальше?

Дальше пошла писать деревня в лице невестиной родни. А родни у нее - за день в окошко не перекидаешь.

"ПЫЛЕСОС ОТ ТЁТИ ПАШИ".

"САМОВАР САПОГОВЫЙ ОТ МАШИ И ВОВЫ".

"СТО РУБЛЕЙ НА ПОКУПКУ КОРАБЛЕЙ".

Резвятся углем вдоль стен, поперек и по диагонали.

"ОДЕЯЛО ИЗ..." Рядом каракатица нарисована.

- Из каракатицы? - тамада интересуется.

- Из верблюда!

- Если это верблюд, - тамада головой качает, - значит, я - трактор!

А гости поздравляют подарками дальше.

"ХРЮ-ХРЮ МОЛОЧНЫЙ".

"ТАНЯ + ЛЁША + СЕРВИЗ ОТ БРАТА ГОШИ".

"ВЕДРО МЁДА ЭТОГО ГОДА".

Исполосатили стены - места живого нет.

"НАБОР ПУСТЫШЕК ДЛЯ ПЕРВОЙ ДЮЖИНЫ ДЕТИШЕК".

- Ничего, - говорят, - молодая забелит!

Параллельно надписям гора денег на подносе растет.

- На самом деле, - на ушко спрашиваю Татьянку, - тебе эту живопись забеливать?

Оказывается, ей и не когда-нибудь, а непременно до завтрашнего утра. То есть - в самую брачную ночь!

- Брачная ночь, - говорю, - святое дело! Отдай - не греши!

Но хорошая хозяйка все должна успеть.

Вот уж действительно "рытье"... Традиции - лохмаче не придумаешь! В нашем селе такого варварства нет.

Один потолок чистым остался.

Да, думаю, Татьянке в брачную ночь глаз сомкнуть некогда будет.

- А ты мне помогать должен! - Татьянка говорит.

Тут дя Афанасий встает и начинает доставать откуда-то из-за пазухи деньги. Одну купюру, вторую, третью... Потом из-под стола молоток вытаскивает.

- Деньжата, - говорит, - дарю детишкам на молочишко, а Леше персонально молоток! Клади под подушку - наследник родится.

Молоток как игрушечка, сам в руки просится.

- Желаю, - говорит дя Афанасий, - внести подарок в протокол.

Ставит табуретку на стул и лезет писать на потолке.

- Ну, дя Афанасий, - Татьянка грозится. - Припомню вам потолок!

- Не говори под руку! - сказал дя Афанасий с верхотуры, написал "МО..." и полетел в противоположную от потолка сторону.

Поймали его, но все же на чью-то вилку напоролся вскользь.