Страница 29

"Андрюша, - сказал на лесной полянке, перезаряжая ружье, - свалим мы этого старпера за милую душу!"

А сам накануне собрания влетел в аварию и переломал руки-ноги.

Когда собрание забурлило через край, Шпак подозвал начальника охраны, выдал пачку долларов и приказал: "Любыми средствами вырви Яновского из больницы! Но довези живым!" Переломанный Яновский лежал за 180 километров от собрания - в другой области.

Входы и выходы дворца культуры были перекрыты. В кабинете его директора выстроилась очередь к телефону.

- Почему вру! - кричал в трубку один акционер. - На собрании я!

- Скажи, что у нее и заночуешь, - подсказывал другой.

Бестелефонным акционерам директор дворца выдавал справки с печатями о местопребывании данной ночью, дабы охолонить пламенных ревнивцев от повторения подвигов Отелло и леди Макбет Мценского уезда.

- Мне бы штучки три с открытым числом, - подмигнул Гвоздареву Попелышко.

- Месяца на два, - тут же поддержали инициативу из очереди.

Серега Кобзев в очереди за справкой не стоял. Ему нужна рыбалка, а не клочок бумаги. Друзья заедут за ним домой в три ночи, а было уже двенадцать. И охрана торчала у каждой дырки на волю. Но кто ищет - обязательно найдет приключения на свою задницу. На втором этаже, в апартаментах президиума, в туалете, нашлась неохраняемая форточка. Кобзев за сценой, среди пыльных декораций, отыскал метров восемь капроновой веревки, завязал один конец за трубу в туалете и, как альпинист, спустился из собрания на землю.

"Свобода нас примет радостно у входа". Принял охранник, ткнув стволом автомата в бок.

- Руки на стену! - прорычал.

- Земляк, - попросил Кобзев, - будь человеком.

И честно рассказал о рыбалке, друзьях, жене.

Охранник оказался человеком.

- Хрен с тобой! - отпустил. - Рви. Но извини, братан, очередь поверх чердака дам.

Поехал Кобзев на озеро. Карась, надо сказать, исключительно зверски хватал в тот раз. Только успевай закидывать да снимать "лаптей" с крючка. Одна беда - у Кобзева или от пуль, что прошли впритык "чердака", или жена-подлюка наворожила, живот расстроился, как из пушки. А ловили с лодки... До берега метров сто... Так что большую часть клева в кустах просидел...

Посланники Шпака вырвали Яновского из лап эскулапов, щедро подмазав их долларами. Загипсованного по рукам и ногам Яновского в пять утра внесли на сцену и положили на стол президиума, перед микрофоном.

- Я за Шпака, - еле слышно сказал уважаемый акционер. - Сдох нуть спокойно не дадите.

- Если больной шутит, значит будет жить, - весело сказал Шпак. И пригласил всех в дискотеку поужинать, а заодно и позавтракать по случаю избрания нового директора...