Страница 18

- Ну что же, я так понимаю - пора нам сказать друг другу "всего хорошего", - промолвил Килько, отводя Фрито в сторонку, когда они вышли из совещательной комнаты. - Или правильнее - "до встречи"? Да нет, я думаю "всего хорошего" будет вернее.

- Всего хорошего, Килько, - сказал Фрито, подавляя рыдание. - Как бы мне хотелось, чтобы ты пошел с нами.

- Да, конечно. Но я уже слишком стар для таких приключений, - произнес старый хоббот, искусно имитируя состояние полного паралича нижних конечностей. - Как бы там ни было, а я припас для тебя кое-какие подарки.

С этими словами он извлек на свет пухлый сверток, и Фрито развернул его - без особого пыла, ибо помнил о предыдущем прощальном подарке Килько. Однако сверток содержал лишь короткий меч доброй старинной работы, да еще во множестве мест проеденный молью бронежилет и несколько зачитанных романов с заглавиями вроде "Похоть Эльфа" и "Девушка Гоблина".

- Прощай, Фрито, - сказал Килько, весьма убедительно изображая эпилептический припадок. - Теперь все в твоих руках, а я трепещу, трепещу, задыхаюсь, о! о! положи меня под свежею листвой, оооооо! Оооооооо!

- Прощай, Килько, - сказал Фрито, и в последний раз помахав рукой, вышел, чтобы присоединиться к своим спутникам. И как только он вышел, Килько легко вскочил на ноги и ушмыгнул в зал, напевая песенку:

Я размышляю под столом,

Уклюкавшись до ручки,

Что всякий гном - осел ослом,

А эльфы все - вонючки.

Я размышляю под столом,

Хлебнувши алкоголя,

Об урков сексе групповом

Об извращенцах троллях.

Я размышляю под столом,

Надравшись до икоты,

Какие все же все кругом

Козлы и идиоты,

Как несказанно хорошо

Напакостить соседу

Подав на стол ночной горшок,

Позвать его к обеду!

- Горестно мне, что вы так скоро уходите, - примерно двадцать минут спустя торопливо говорил Орлон, обращаясь к отряду, выстроившемуся близ вьючных баранов. - Но Тень растет, а дорога вас ожидает дальняя. Лучше выйти сразу, пока темно. У Врага везде есть глаза.

При самых этих словах с одной из ветвей ближнего дерева на них зловеще выпучились два больших, поросших толстым волосом глазных яблока, не удержались, сорвались и с громким всхлипом шлепнулись наземь.

Артопед обнажил Крону, его прежде сломанный, а ныне второпях подклеенный Меч, и взмахнул им над головой.

- Вперед, - крикнул он, - на Фордор!

- Прощайте, прощайте, - нетерпеливо сказал Орлон.

- Вперед и выше! - вскричал Бромофил, мощно дунув с свой утиный манок.

- Сайонара, - сказал Орлон. - Алоха. Аванте. Изыди.

- Кодак хаки но-доз! - воскликнул Гимлер.

- Дристан носограф! - возопил Ловелас.

- Habeas corpus, - сказал, взмахивая волшебным дрючком, Гельфанд.