Страница 41

- Послушай, Лаврентий, как там дела у товарища Исаева ?

- Коба, Исаев теперь вождь в Бразилии... - грустно сказал Берия, ковыряя в носу и вытирая палец о штору.

- Это нехорошо, - сказал Сталин. - У нас есть для нэго хорошая камера ?

- Конечно, Коба, - преданно ответил Берия.

- Так пойди и позаботься, чтобы она через неделю нэ пустовала, - сказал Сталин, кроша сигареты "Самеl" в трубку.

- Слушаюсь, Коба, - Берия вышел из кабинета, на ходу составляя ордер на арест Штирлица. Он не мог знать, что Штирлица невозможно арестовать.

Сталин повернулся обратно к окну и некоторое время молча курил, стряхивая пепел с усов на подоконник. Через некоторое время он с презрением выругался и сказал :

- Хе, вождь...

Нажав на звонок, он подождал, пока войдет секретарша и спросил, прищурившись, оценивая полноту ее бедер :

- Послушай, дэвушка, какое сегодня число ?

- Пятое апреля тысяча девятьсот тридцать восьмого года, - сказала девушка, соблазнительно покачивая бедрами.

- Вай, - сказал Сталин и сделал знак, чтобы девушка вышла. Остался всего месяц его пребывания у власти. Но вождь этого не знал.

Он выколотил трубку и стал задумчиво смотреть вдаль.

Продолжение, возможно, следует...

ПОХОЖДЕНИЯ ШТИРЛИЦА , И ДРУГИЕ ПРИКЛЮЧЕНИЯ БОРМАНА

ПРОЛОГ

За окном проехал танк без башни и машина с молоком.

Никита Сергеевич задумчиво почесал наморщенный лоб мыслителя и крякнул, подтягивая сползшие на пол штаны. Его секретарь втихоря с большим удовольствием повторил данный звук, и Великий Производитель Кукурузы остался доволен.

- Хочется чевой-та... - жалобно протянул он, вытряхивая из карманов вышитых штанов шелуху от семечек вместе с помятой брошюрой "Дагоним, Абгоним, Перигоним и Выпьем", изданной газетой "Советский Спирт".

- Че, бухать бум, Никит Сергеич? - секретарь сгорал от нетерпения, дрожа от предвкушения пол-литровой бутылки.

- Не-е... После вчерашнего похмелья башка булькает... - вождю явно было нехорошо.

Секретарь грязно выругался и сглотнул слюну.

- Не вопи, - сказал Никита Сергеевич.

Повздыхав минут двадцать, он бросил зубочистку в окно и спросил:

- А че там деется у товаищча Исаева?

- А черт его знает...

- Это хорошо... - сказал Хрущев. - А че Берия?

- Сидит, - коротко ответил секретарь, злобно потирая руки и тирански улыбаясь.

- Тож хорошо, - сказал Хрущев, обмакивая в чернильницу пальцы левой руки и одновременно облизывая пальцы правой.

Секретарь с благоговейным интересом следил за его действиями.