Страница 17

- Куда!

- Что значит "куда"? - возмутился Дамкин. - Одни, значит, у вас "гости дорогие", а другие что же, "гости бедные"?

- Мы, может, есть немножко американ! - сказал Стрекозов, подделываясь под акцент мистера Фондброкера. - Мы есть хотеть кушать в ваш очень хороший ресторан.

Неизвестно откуда появился милиционер с киргизской, а может татарской, внешностью. Надвинув фуражку на самые брови, он хмуро спросил:

- Что такое? Хулиганы?

- Мы не хулиганы, - с достоинством ответил Дамкин. - Мы честные советские граждане.

- Пропустите! Это есть со мной! - послышался голос Джека из ресторанного холла. - Это есть мой советский друзья!

- Мы есть с ним, - подтвердил Стрекозов.

- Есть мы сюда пришли! - пояснил Дамкин.

- А! - швейцар и милиционер расступились. - Что ж вы сразу не сказали?

Дамкин и Стрекозов прошли в холл. Джек развалился в мягком меховом кресле, ожидая, пока его ненаглядная Анжелика причешется и накрасит губы перед огромным зеркалом.

- Глянь, Дамкин, - Стрекозов восхищенно обвел холл рукой. - Живут же некоторые! Товарищ милиционер!

- Да! - отозвался киргиз, появляясь перед Стрекозовым и отдавая честь.

- Как ты думаешь, этот ресторан построен на народные деньги или на деньги этих иностранцев?

- Не знаю, - сознался милиционер. - Когда этот ресторан строили, я еще не работал в милиции.

- Вот как, - Стрекозов тоже погляделся в зеркало. - А как же ты стал милиционером?

- После армии. Служил во внутренних войсках, - охотно ответил скучающий на посту милиционер, быстро найдя общую тему для разговора - он стал рассказывать о себе. - После службы вызывают к начальству, а там майор милиции мне и говорит: "Хибабулин! Хочешь быть милиционером в столице Советского Союза городе Москве? Мы тебе дадим комнату в благоустроенном общежитии, года через три станешь старшиной. Согласен?". Я подумал, все равно ничего делать не умею, так что работа в милиции как раз для меня. И согласился.

- Ну, и как, стал старшиной?

- Пока нет, - серьезно ответил Хибабулин. - Еще год остался.

- Дамкин, может нам тоже в милиционеры пойти?

- Пошел бы ты лучше, Стрекозов, в задницу! - учтиво предложил Дамкин.

- Я готова, - наконец-то сказала Зина.

- Хороша! - оценил Стрекозов. - Прям королева Англии.

- О, да! - очнулся Джек. - Русский женщина - это...

Фондброкер пощелкал пальцами и перешел на английский. Судя по его интонациям, американец был без ума от русских женщин в лице Зинаиды. Но необразованные литераторы этого не поняли.

Они прошли в зал, залитый светом хрустальных люстр. Подскочил услужливый официант, провел их к столику. На белоснежной скатерти стояла ваза с яблоками и маленькое ведерко со льдом, в котором нежилась бутылка золотого советского шампанского. В глубине зала находилась небольшая сцена, на которой две полуобнаженные красотки сладострастно извивались под медленную музыку, исполняемую тремя молодыми парнями в красных рубашках.

- Что будете заказывать? - спросил Фондброкер.

- Я бы пельменей съел, - сознался Стрекозов.

- Что есть "пельмени"?

- Шутит он, - сказала Зинаида и, обращаясь к официанту, стала цитировать меню. - Нам рагу из баранины, почки говяжьи в соусе с луком, рыбки красной, блины с икрой, да закусить салатиков каких по вашему усмотрению.

- Что-нибудь выпить?

- Вино какое-нибудь легкое, лучше грузинское, марочное.