Страница 26

- Разрэшите пригласыть вашу дэвушку потанцевать?

- Эта дэвушка нэ танцует! - заявил Дамкин. - Она - наша любовница!

- Извиныте, - отошел грузин.

- Вот так и появляются слухи, - сказала Света задумчиво.

- Ты что, хотела с ним танцевать? Он бы тебя украл и увез бы в свой аул. По горному обычаю. Как наш знакомый Гиви Шевелидзе.

- Нет, конечно, с ним танцевать я не хотела.

- А со мной? - Дамкин ласково поцеловал белую ручку.

- С таким милым кавалером, - улыбнулась девушка. - Как я могу отказать?

Дамкин потанцевал со Светой, потом бережно передал ее в руки Стрекозова.

- А кто такой Гиви Шевелидзе? Почему я его не знаю? - поинтересовалась Света, вернувшись за столик.

- Гиви Шевелидзе - профессиональный грузин, - сказал Дамкин. - Мы с ним познакомились года два назад, когда путешествовали по Кавказу.

- Мы, как Шурики из "Кавказской пленницы", собирали тосты, похвастался Стрекозов.

- Гиви надиктовал нам этих тостов почти на две тетради толстых, продекламировал улыбающийся Дамкин. - Мы сильно подружились...

- Дамкин имеет ввиду, напились, - пояснил Стрекозов.

- И подружились! Гиви потом приезжал к нам в гости, привозил вкусного грузинского "Цинандали"!

- А меня вы с ним познакомите?

- Ты что! - Дамкин округлил глаза. - Нельзя! Он тебя украдет и увезет в свой аул! Ты у нас слишком красивая!

Они просидели за столом до позднего вечера, пока кафе не закрылось. Затем поехали провожать Свету до дома. Сев в троллейбус, ни Дамкин, ни Стрекозов даже не подумали взять билеты.

- Вы билеты собираетесь брать? - спросила секретарша.

- А на фиг они нужны? - ответил Стрекозов. - Так поздно контролеры уже не ходят.

- А ты что же, билеты только для контролеров берешь?

- А то для кого же? Мне лично эти билеты до лампочки!

- Ну, как можно не брать билеты в троллейбусе? - с деланным негодованием произнес Дамкин. - Это просто свинство какое-то!

- А газеты из чужих ящиков воровать разве не свинство? - парировал Стрекозов.

- Должны же люди что-то читать! Зато я газированные автоматы из-за грошей не взламываю!

- А кто подъезды разрисовывает неприличными картинками и слова разные нехорошие подписывает? Тьфу!

- Конечно! Что же еще остается, когда некто гадит в этих самых подъездах прямо на полу?

- Это, конечно, нехорошо. А вот девочек малолетних я в лифтах не насилую!

- А я мальчиков не растлеваю и не совершаю над ними развратных действий!

- Ну, хватит друг друга во всех смертных грехах обвинять! - со смехом проговорили Света.

- С чего ты взяла, что мы друг друга обвиняем? Это абстрактный разговор. Это плохо, это тоже нехорошо. Разве мы говорили, что это мы делаем? Нет, - заявил Стрекозов, - мы с Дамкиным не воруем, не взламываем, не насилуем и не растлеваем!