Страница 34

Оставив словоохотливого Торчкова наедине с секретаршей, Дамкин и Стрекозов вошли в кабинет главного редактора.

- Здравствуйте, - смущенно молвил Дамкин. - Я заходил к вам недавно, приносил несколько рассказов...

- Как же, как же! - воскликнул Аркадий Натанович. - Я вас прекрасно помню. Вы - Шашкин! М-м-м... То есть, Пешкин!

- Дамкин, - подсказал Дамкин.

- А, ну да! Дамкин! Я ваши рассказы просмотрел. Особенно вот этот, про грузина Гиви Шевелидзе и пришельца. Очень хороший рассказ! Изящный и в то же время не без иронии. Непременно его напечатаем. Есть у меня, правда, пара замечаний. У вас тут написано: "Ничто не волновало Гиви, ему было наплевать на холодную войну" и так далее. Это, знаете ли, несколько аполитично! Советского человека не могут не волновать такие острые вопросы современности. Надо исправить и написать, что он был очень озабочен "холодной войной" и так далее. Затем, вот тут у вас пришелец превращается в обнаженную девушку. Это, знаете, слегка аморально. С вашего позволения, девушку мы уберем. Вы не против?

- Ну, в общем, конечно...

- Вот и отлично! - просиял редактор Равнодушный. - Тогда этот рассказ мы поместим в следующем номере.

- А остальные?

- Остальные я еще не успел внимательно просмотреть, зайдите в следующий раз. Но я думаю, мы будем с вами активно сотрудничать! Если вы еще и статьи можете писать, например, о сельском хозяйстве, это вообще для нас находка!

- Можем, - согласился Дамкин. - Сельское хозяйство мы хорошо знаем. Стрекозов даже родился в деревне. А вот как насчет гонорара?

- Гонорары у нас хорошие. Правда, выплачиваем мы их раз в два месяца... А это будет, - здесь редактор задумался. - А это будет ровно через десять дней и четыре дня!

"Наверное это по китайскому исчислению", - подумал Дамкин, пораженный этой цифрой, но все же спросил:

- А авансом нельзя получить?

- К сожалению, - развел руками Аркадий Натанович. - Заходите еще, приносите побольше рассказов, стихов и так далее! Романов там, повестей! Можете даже сценарий какой-нибудь написать для сельского клуба.

- До свидания, - хмуро сказал Дамкин.

Литераторы вышли. К ним тут же подскочил Торчков.

- Ну, как? Правда, отличный мужик? Как он понимает нашего брата-литератора! Вы сейчас куда?

- Кофе пить, - вздохнул Стрекозов.

- Я с вами, - решил Торчков. - До свидания, Наденька!

Литераторы вышли из редакции в подавленном состоянии. Вслед за ними, подпрыгивая, словно кто-то дергал его за невидимые нити, бежал Торчков, разглагольствуя:

- У меня на днях такой рассказ написался! Очень хороший! А вы знаете, сколько рассказов надо опубликовать, чтобы приняли в Союз писателей?

- Не знаем.

- Много, - Торчков погрустнел. - Надо не меньше тридцати публикаций. Я очень хочу вступить в Союз, а рассказы так медленно пишутся. Вы не хотите написать что-нибудь со мной в соавторстве?

Литераторы вошли в кофейню.

- Я угощаю, - Торчков заплатил за кофе, и они уселись за столик. - Ну, так как насчет соавторства?

- Вообще-то, мы только вдвоем пишем. У нас характер тяжелый, - сказал Дамкин.

- Жаль, - огорчился Торчков. - А может темы какие для рассказов подкинете?

- Да темы тут кругом, - Дамкин обвел окружающий мир рукой. - Только успевай записывать.

- А у меня мало тем. Записывать я успеваю, а темы нахожу с большим трудом.