Страница 3

Наконец строй юнкеров вывалил за ворота. Впереди, сверкая орденами, с обнаженной саблей, мерно выступал майор Секер. Взводного Слонова во избежании паники среди населения, везли в майорской двуколке. Слонов вовсю развалился на заднем сидении и смотрел благодушно, но все равно походил на арестанта.

Столица уже сверкала вечерними огнями. Повсюду шумело беззаботное людное гуляние. На тротуарах продавались дымящиеся пирожки, вызывая своим запахом аппетитную икоту. А по мостовым проносились раззолоченные экипажи.

Майор Секер уже второй час водил строй юнкеров по Столице, чтобы "дать пообвыкнуться к гражданской жизни" (или хоть что- нибудь о ней вспомнить). В действительности, он запамятовал где находится гнездо дворян — "Клуб Столичных Аристократов" и теперь был в поисках затерявшихся, одному ему ведомых, примет.

— Кажется, это здесь, — наконец обрадовался он, останавливаясь у большого двухэтажного особняка с колоннами. Газовые фонари у подъезда ярко освещали подъезжавшие и отъезжавшие экипажи с наглухо зашторенными окнами.

— Господа юнкера! Правое плечо вперед, левый рукав назад, шагом марш! негромко скомандовал Секер и приоткрыл дверь.

Чеканя шаг и не решаясь нарушить строй, первая шеренга юнкеров вперлась в гнездо дворян. Блюев был отброшен в сторону и намертво зацепился ножнами сабли за дверную ручку. На крыльце образовалась свалка, из которой сразу же почему-то явственно запахло самыми чистыми рейтузами Адамсона. Майор Секер, вошедший в дворянское собрание первым, с отчаянием вознес взор к потолку, где и обнаружил непристойную фреску. Майор в смущении отвел глаза и потому успел заметить и отскочить в зал от втолкнутого под напором толпы Блюева.

— Господа, это какое-то дерьмо! — представился присутствующим юнкер, врезаясь головой в мраморную колонну.

— Господа юнкера! Нам не здесь надо! — косноязычно подтвердил майор Секер, пытаясь пробиться обратно на улицу, однако, хорошо ему знакомая Мадам Снасилкина-Шестью уже спускалась к юнкерам со второго этажа.

— Чего желают благородные господа-с? — игриво спросила она, наслаждаясь дымом своей длинной черной сигареты.

Из безликой толпы юнкеров сразу же выскочил легко опознаваемый в своем волнении поручик Слонов.

— Все-ех! — захрипел он и, опрокидывая толпу, минуя Мадам Снасилкину, бросился на второй этаж.

Майор Секер, предвидя в силу своей образованности дальнейшее, спешно ретировался, оставляя своих воспитанников в стане врага. С верхнего этажа с содомовскими криками посыпались девицы.

— Юнкер! Какая милашка! Этот — мне! — визжали они, обвешивая собою молодых дворян и желая с ними попрелюбодействовать.

Блюеву не досталась смуглая красавица — куртизанка, раздетого вида, впившись губами в его рот, повлекла его в комнату и только там дала вдохнуть воздуха. Правда, не надолго.

Юнкер Блюев, стушевавшийся и робкий, сразу же отодвинулся от куртизанки и подошел к зеркалу. Блюев признал, что выглядит он блестяще, вот только сабля вызывала у него некоторое беспокойство.

"Надо бы почистить саблю. Блестит плохо", — сосредоточенно подумал он.

Куртизанка тем временем уже открыла бутылку «Салюта» и наполнила себе бокал, в то время как Блюев наконец почувствовал близкое присутствие женщины и ее неуловимые глазу очертания. Он припомнил, что в пору мужания уже любил одну барышню с соседской улицы. Без интима, но все же тайно. Блюев приосанился и, вместе с тем, почему-то представил сцену еженедельной выдачи портянок.

— А ты красивый, мальчик, — подыгрывала ему корыстная куртизанка. — Иди ко мне, что ли…

Блюев отчего-то засомневался и теперь тупо смотрел как девица раздевается, обнажая любвиобильные места и обвислые груди.

"Неужели придется фрахтаться?" — с ужасом от неизвестности спрашивал он себя. Девица искусительно подпрыгнула на диване и сказала:

— Деньги вперед.

Видимо, это должно было возбудить Блюева. Может быть, даже более. Это его возбудило.