Страница 22

- Ничего я не хватил, Палсаныч. И когда мне было "хватать"? Я же еще вчера играл, как вы знаете, совершенно новую для меня роль...

- Правильно! И мы этой услуги родному коллективу не забудем. То есть сам коллектив не забудет. А теперь выручи нас еще раз. Сыграй ты в комедии "Большой недолив" роль веселой такой разбитной старухи Еремеевны...

- Кого сыграть? - переспросил Пыпин и поковырял пальцем в обоих ушах, полагая, очевидно, что он плохо слышит: уши, мол, заложило...

- Еремеевну будешь исполнять. Разбитная старуха - ее у нас вообще-то играет Спесивце-ва Анна Никандровна. Но Спесивцеву положили в больницу с подозрением на инсульт. А спектакль отменять управление культуры нам не разрешает. Вот и представился для тебя случай еще раз оказать услугу родному колл... Слушай, если тебя так заносит поминутно, ты лучше сядь! Сядь, Сереженька, посиди: в ногах правды нет. А тебе, как артисту, которому предстоит скоро дать на сцене иключительно правдивый образ нашей глубоко советской старушки...

- Но почему же я должен играть еще и старушку?! - провыл Пыпин.

- Ах, ты вот как ставишь вопрос? Хочешь отбрыкаться от почетной задачи, которая... при которой... в общем, не желаешь выручить родной колле...

- Дайте я выручу родной коллектив в какой-нибудь мужской роли! Я ведь все-таки мужчина! И к вам поступал в труппу на роли только мужские, в крайнем случае - юношеские там... подростковые...

- Видишь, Пыпин, какой ты мелкий эгоист. Скорее даже эгоцентрик. Все бы тебе выигрышные молодежные роли исполнять, выдрючиваться перед девчонками в зрительном зале и у выхода из театра... А когда тебе предлагают серьезную творческую работу...

- Ну, какое ж это для меня творчество - играть старуху?! Палсаныч, вы только подумайте: что вы мне предлагаете?!

- Предлагаю интересный комический или, скажем, так: характерный образ нашей родной советской старушки. И не я предлагаю, а родной коллектив предлагает играть родную старуш-ку... А что мы здесь с тобой дискутируем, Пыпин? Мы здесь дискутировать не будем. Ступай отсюда, Пыпин, к помрежу Шмакову, и пусть он тебе вручит роль Еремеевны. Времени у тебя для вхождения в образ, можно сказать, в обрез: послезавтра вечером ты уже натянешь на себя цветастую юбку Еремеевны и выйдешь к публике в ее забавном, но очень симпатичном образе. Вот так, Пыпин. Только так!

Артист Пыпин опустил голову на бумаги, как всегда покрывавшие письменный стол заведующего труппой, и громко зарыдал. Обильные слезы смочили документы, и завтруппой поспешно стал убирать со стола свои ведомости и повестки, приговаривая:

- Псих! Ну, чистый псих! Ему такие творческие горизонты раскрывают, а он здесь воет, как младенец перед ложкой с касторкой!.. Не капай слезами хотя бы на проекты приказов! Тут и про тебя сказано: получаешь роль первой категории, Еремеевну у нас всегда играют ведущие артистки! Ты меня слышишь?!

Но артист завыл еще громче...

ДЕЗДЕМОНА НА ТРИ ТОЧКИ

Вопреки обычаю, директор драматического театра не пригласил к себе в большой кабинет - кого? - заместителя своего, а сам вошел в крохотную комнатку, которая была отведена оному заму.

- Семен Адольфович, - начал директор, - вы продумали, что мы будем делать тридцать первого декабря? Учтите, это - последний день бюджетного года...

- Что-то такое слышал о таком факте, - не без иронии отозвался зам.

- Если мы тридцать первого не наверстаем хоть что-нибудь из недовыполнения плана, тогда - плохо дело... Ну, разумеется, тридцать первого дадим два спектакля у себя, в нашем здании...

- В здании - три! - отозвался зам, придвигая к себе счеты и карандаш. - А может, даже четыре. Плюс - выездные...

Директор поднял брови:

- Ну, три - это понятно: "утренник", "обедник" и "вечерник"... сказал он. - А - четвертый куда вы воткнете?

- А после вечернего представления. Сделаем новогодний бал с танцами и призами за лучшие костюмы. Теперь всюду так.