Страница 10

Дороти одобрительно кивнула.

- И не забудьте упомянуть наш замок. Если подняться на второй этаж, то каждая ступенька скрипит по-своему. А если наступает непогода, то начинается сквозняк, который вызван отнюдь не только ветром.

- Да, да. Я чувствую себя все время в окружении зловещих сил тьмы. Меня не покидает чувство, что на наши головы обрушится несчастье.

Несчастье пришло в лице дворецкого Фишера. Он появился в дверях с двухметровым резиновым крокодилом и почтительно спросил, куда положить оснащение для бассейна.

- Зачем вы надули животное? - спросила Дороти. - Этой рептилией вы не на шутку напугали наших дорогих гостей.

- В инструкции написано, что, покупая крокодилов, надо проверять, не пропускают ли они воздух. - Он положил крокодила на пол. - Эти крокодилы в порядке. Лягушки тоже в порядке.

- Красивое животное, не так ли? - ехидно спросила Дороти.

Декстер и Грэди были озадачены: доктор Эванс реагировал иначе. Он положил крокодила на стол для игры в бридж, несколько раз обошел вокруг него, нажал на кнопку отверстия, через которое надувают воздух в животное, и сказал:

- В мире еще так много загадочного. Например, наш военно-морской флот оснащен надувными лодками, которые сами надуваются, когда их бросают в воду. И в то же время бедные малыши должны изо всех сил тужиться, чтобы надуть такое огромное животное. Я нахожу это бесчеловечным. - Доктор Эванс наморщил лоб и, осмотревшись вокруг, будто он что-то искал, спросил: - Животные действительно чудные, но почему их двадцать? Я не знал, что у нас так много детей.

- Детей? - Смертельные враги Дороти подались вперед. - Каких детей?

Миссис Торп, само воплощение доброй, любящей женщины, сказала неожиданно мягко:

- Они скоро будут здесь. Я уже связалась с ведомством детских домов в Уолсе, и мы договорились, что в замке Карентин можно будет разместить по меньшей мере тридцать - сорок детей. Кстати, эту великолепную идею подсказал мне доктор Эванс. Что вы на это скажете?

Она торжествующе смотрела на полковника и Грэди.

Первым пришел в себя полковник.

- Так ведь это... это настоящая коммуна! Однако вы не можете просто...

- Я могу, - еще торжественнее заявила Дороти и обратилась к Стелле Грэди: - Вы будете очень нужны на кухне. Тридцать - сорок детей, их надо всех накормить.

Старая почтальонша хотела съязвить в ответ, но не успела. В прихожей зазвонил телефон, и тут же появился добрый дух дома Патриция, которая сообщила Дороти, что господин Шеннон хотел бы с ней поговорить.

Дороти извинилась и вышла из зала. И тут несколько оглушительных взрывов сотрясли все помещение. Стены шатались и трескались, в полу образовалась большая черная дыра, из которой шипя поднялось зловонное облако и смешалось с известковой пылью.

Когда пыль немного осела, Дороти, прибежавшая из прихожей, увидела, что взрыв причинил лишь материальные разрушения. Ее заклятые враги не пострадали, если не считать нескольких синяков и ушибов. Правда, Грэди стонала:

- Помогите, помогите, я умираю! - Но, к сожалению, она ни на дюйм не была ближе к смерти, чем до взрыва.

Воздушная волна даже не вырвала сигару изо рта доктора Эванса. Он был весь покрыт известковой пылью и похож на снеговика, что, однако, не помешало ему констатировать: