Страница 18

- Я был на Дальнем Востоке, плавал стюардом на различных торговых судах, который брали на борт пассажиров. Там я старался безупречно вести себя, как раскаивающийся, исправляющийся...

- Заткнитесь, а то я начну икать от ваших высокопарных оборотов речи. Перечислите мне названия судов.

Фишеру не составляло труда вспомнить их названия. Он даже знал точное время службы на каждом из них.

- Почему вы вернулись в Англию? Вы, лгун, симулянт и шантажист!

Глаза Фишера вспыхнули ненавистью.

- Конечно, не для того, чтобы встретить таких... людей, как вы.

- Охотно верю. Сдается мне, что я еще превращу вашу жизнь в ад, а мое чутье редко подводит меня. Что вы делали вчера ночью? У вас есть алиби?

- Само собой разумеется, сэр. - Фишер вновь предстал почтенным, сдержанным человеком. - Эту ночь я провел в своей постели с горничной Розой. Она может это подтвердить. А если вы не верите, то тому есть еще одно доказательство.

- Какое же?

- У Розы лезут волосы, и, если вы осмотрите подушку и постель, вы определенно найдете там, как это уже не раз бывало, несколько чужих волос.

Ответ был явно издевательским, но вместо того, чтобы рявкнуть на Фишера, инспектор добродушно сказал:

- Что же, это можно учесть. Что вы торчите как пень, садитесь. Но только, пожалуйста, без выкрутасов и так, чтобы не был слышен хруст ваших суставов.

Фишер присел на край стула.

- Ну, а теперь рассказывайте. Что вы заметили этой ночью?

- Вы, наверное, уже знаете, что леди Торп и доктор Эванс хорошо понимали друг друга, - начал Фишер. - Она интересовалась его изобретениями. Он планировал перестроить и другие помещения замка под свою лабораторию.

- Вы хотите сказать, что они были единомышленниками?

- Делать выводы я предоставляю пая, сэр.

- Зачем вы вчера вечером подслушивали под дверью леди Торп?

- Я не подслушивал, а хотел лишь сообщить, что этот музейный экспонат полковник втихую пьет ее виски. Но я услышал, что миледи и доктор Эванс оживленно разговаривают. Были слышны обрывки фраз: "...это не должно было случиться... атрофия мозга... лежали бы на кладбище рядом друг с другом..."

Бейли задумался и неожиданно отпустил Фишера без дальнейших вопросов.

Когда инспектор остался один, на его лице не осталось и следа от обычной жизнерадостности. Он выглядел усталым и изможденным.

Бейли размышлял, не пригласить ли ему полковника и бывшую начальницу почты. Затем он тяжело поднялся, с печальным видом вышел из библиотеки и направился по лестнице на второй этаж.