Страница 17

- Ну что молчишь? - бесцеремонно толкнул в бок палкой петлюровец. - Не по нраву мой порядок? Испугался, холоп?

- Не зарывайтесь, барон, - на наглость ответил наглостью Волович. - И будьте любезны не называть меня холопом. Я могу жестоко обидеться и отказать вам в помощи.

- Нет, нет. Ни в коем случае. К чему мне совать тебя в петлю, если мне нужно собрать налоги. Я могу тебя, в случае чего, повесить и после. Но прежде налоги. Я как раз и мечтал о таком сильном, здоровом сборщике налогов. Чтоб собрать все, чтоб давал в зубы за каждую недоимку. Словом, к делу.

- Собрать все налоги не могу, а вот налог за кошек и собак - пожалуйста, предложил Волович.

- Почему же только за собак и кошек? А остальные?

- Видите ли, барон, я сугубо узкий специалист. Собираю налоги только за кошек и собак.

- Что ж, - встал кряхтя петлюровец. - На безрыбье и рак рыба. Соберите, айн, цвай, хотя б за кошек и собак. Это тоже статья доходов немалая. Пятнадцать рублей за каждую кошку и по двадцать пять за собаку, айн, цвай, драй!

- Все денежки будут собраны до копеечки, барон, но только при одном условии.

- Каком же, если не хитришь?

- В том случае, если вы разрешите у неплательщиков конфисковать животных. Практика показывает, что после этого недоимщики денежки несут сразу. Кому охота расстаться с любимой кошкой или собакой.

- Айн, цвай, драй! - слегка подпрыгнул петлюровец. - Это блестящая идея. Я сейчас же подпишу распоряжение изъять всех кошек и собак, и, если в течение трех суток за них не уплатят налог, я прикажу уничтожить всю тварь! Да, человек. А куда мы денем этих кошек и собак?

Волович, обрадованный не меньше барона, поспешил с утешением:

- Барон! Побойтесь бога. Да у вас же отличнейший двор, лучшего места для конфискованных животных и не сыскать. Ни одна бродяга не удерет.

Петлюровец с той же привычной наглостью, бесцеремонностью пнул Воловичу палкой в живот:

- Ты умник, айн, цвай, драй. Сущая находка. Только не вздумай убежать. Я приставлю к тебе на всякий случай солдата с автоматом. Нет, двоих. Одного ты запросто пристукнешь, жулик.

- Можете даже троих, барон.

- Нет, один останется на воротах охранять меня. Мне ночью снятся видения. Кони, кони... Я ночью ужасно пуглив.

- И давно ли?

- С той поры, как один буденновец рубанул меня по шее. Я был на волоске от смерти. Меня чуть совсем не лишили светлой головы.

- Жаль, - вздохнул Волович.

Барон остановился. Бесцветные глаза его заблестели, будто он поймал того самого буденновца, который располосовал ему шею.

- Ты что сказал?

- Вы ясно слышали, барон, я сказал "жаль", значит, выразил вам свое сожаление.

- Верно. Молодчина, благодарю, - петлюровец потряс палкой, - но если ты, не знаю как тебя звать, да и знать не хочу, сожалеешь, что мне не отрубили голову, я вздерну тебя, сгною в подвале. Я, кстати, присмотрел добрый подвал для трупов.

Волович остановился:

- Барон, кончайте вашу глупую подозрительность, иначе я поверну оглобли назад. У меня пропуск гестапо. И вообще, знайте, с кем имеете дело.