Страница 14

- Чистокровная болонка, - сказал он, поклонившись. - В знак любви и уважения.

- О какая прелесть! Какая милая собачка! - восхитилась супруга штурмбанфюрера, заглядывая подарку под хвост. - Как ее звать? Кобелек или сука?

- Кобель, мадам. Самый настоящий, по кличке "Кайзер".

- О-о! Какое восхитительное имя. Курт! Курт! Смотри, какой подарок. Мне Кайзера подарили. Ах какая изящная мордочка! А хвостик! Ах!

Штурмбанфюрер посмотрел на собачонку и, не найдя в ней ничего приметного, подумал: "Кому нужен этот паршивый песик? Вот если бы преподнесли жареного гусака, да начиненного яблоками! Это было бы великолепно!" Жареный гусак мечта штурмбанфюрера.

Супруга словно догадалась, о чем подумал муж, и воскликнула:

- Ах, да! Я же знаю твою слабость. Гуси. Жареные гуси с яблоками!

Гуляйбабка не знал об этой слабости штурмбанфюрера. Он бы непременно достал гусака. Теперь же в его руках была собачка. Обученная им собачка. И он поспешил представить ее во всем блеске.

- Умнейшая собака, имею честь доложить, - продолжал Гуляйбабка. - Обладает незаурядным, я бы сказал, феноменальным даром.

- И что же она умеет?

- О фрау! Она отлично произносит "хайль!" и составляет из букв "Дранх Ост". Вот смотрите.

Гуляйбабка вытащил из кармана восемь букв, размером с игральные карты, и в беспорядке рассыпал их по полу. Собачка, взвизгнув, тут же соскочила с рук супруги штурмбанфюрера.

- Кайзер, "Дранх Ост"! - приказал Гуляйбабка. Собачка обнюхала буквы и быстро сложила "Трах носд".

- Тубо! Искать.

Кайзер, виновато повизгивая, обнюхивая буквы, заметался взад и вперед, меняя то одну букву, то другую, но каждый раз, когда работа подходила к концу, раздавалось:

"Тубо! Искать".

- Извините, мадам. Кайзер сегодня не в ударе. "Дранх Ост" не получается. Кобелек, вполне естественно, волнуется. Незнакомая обстановка. Чужие люди. Попробуем лучше "хайль".

И, едва лишь было произнесено это слово, собачонка вскочила на задние лапки и, вытянув правую переднюю, звонко гавкнула: "Хав!" Супруга штурмбанфюрера восторженно захлопала в ладоши, а собачонка, услышав опять:

"Хайль!", опять вытянулась на задних лапках, вскинула переднюю и тявкнула: "Хав!"

Забава с собачонкой, в которую также вовлекся и штурмбанфюрер, продолжалась минут пять - десять. Но всему приходит конец. Пришел и этому. Хозяин и хозяйка особняка пригласили гостей в столовую.

Деловая часть завтрака началась с тоста. Штурмбанфюрер Поппе любезно поблагодарил гостей за прибытие на завтрак и предложил выпить прежде всего за фюрера.

- Хох фюреру! - воскликнул он, не спуская глаз с гостей, поднявшихся с рюмками коньяка за маленьким, шириной с доску, столом.