Страница 29

-- Мда, погодка удобная для шпионажа, -- разговаривал сам с собой Столбышев, осторожно, с оглядкой, двигаясь по улице. Пистолет он держал в кармане со снятым предохранителем.

До избы Раисы он дошел без приключений.

-- Рая! Это -- я, секретарь райкома, -- постучал он в окно.

Ответа не последовало. Столбышев постучал громче:

-- Проснись, того этого, на данном этапе!

И показалось Столбышеву, что в избе произошло какое-то движение.

-- Мда, проснулась, -- решил он и уселся на крылечке ожидать, пока откроется дверь и его верная Раиса прижмется к нему разогретым сном телом.

... Темная ночь, только пули свистят по степи... -- тихонько запел он, оглядываясь по сторонам

Луна вышла из-за облаков, задумчиво посмотрела на партийного лирика и снова спряталась.

-- Раиса, того этого, не спи, как на лекции по истории партии, -пошутил Столбышев и пошел стучать в заднее окно.

Но как только он вышел за угол дома, сердце его екнуло и стремглав переместилось в пятки: какая-то белая фигура кралась через огород.

-- Стой! -- шопотом прокричал Столбышев и, бросившись за дом, залег в бурьяне, клацая зубами.

"А вдруг шпион заметил, где я?" -- тревожной молнией пронеслась мысль в голове Столбышева. Он стал на четвереньки и, хрюкая от страха и натуги, полез в росшие неподалеку кусты. Там ему казалось безопасней. Но едва он достиг кустов, как чуть не стукнулся лбом с бледным, как сметана, лицом.

-- Диверсант!!! -- дико закричал Столбышев и, подхлестнутый собственным голосом, бросился бежать, выкрикивая: -- Стой! Стой! А то стрелять буду!

И выстрелил. Как и куда он целился -- неизвестно. Но выпущенная Столбышевым в диверсанта пуля попала Столбышеву в ногу. Не сильно, слегка поцарапала кожу и распорола голенище сапога.

-- Умираю, но не сдаюсь, -- прохрипел секретарь райкома, падая на землю.

Лейтенант Взятников первым прибыл на место происшествия, одетый по-форме, но без шапки. Он оказал раненому медицинскую помощь. Потом прибежала взволнованная Раиса. Она, с горестью несостоявшейся вдовы, прижалась к груди лежавшего на земле Столбышева, левой рукой обняла его за шею, а правой, за своей спиной, передала Взятникову шапку.

-- Надо объявить тревогу и начать поиски диверсанта, -- отчеканил Взятников, напяливая шапку.

-- Он в меня стрелял! Надо, того этого, арестовать Маланина! -- стонал Столбышев.

Поиски диверсанта продолжались безрезультатно всю ночь и весь день. Тем временем арестованный Маланин уже признался в своей связи с диверсантом.

-- Где у тебя с ним явки? -- грозно вопрошал, ведя следствие, Взятников.

-- Нет у меня с ним явок! -- еле шевелил Маланин распухшими губами.

-- Колись! -- Взятников огрел его ножкой от стула по левому боку.

-- Нет явок!

-- Колись! -- избитая ножка от стула опять просвистела в воздухе.

-- Нет явок! -- упрямствовал Маланин, корчась от боли.

-- Колись, шпионюга! Эх!..

-- Ой! Не имеете права бить! Конституция...

-- Конституция для честных граждан, а ты -- враг народа! Колись! Эх!

После пятого сломанного ребра Маланин признался, что явки у него с шпионами есть.

-- Наверное, у Егорова? -- спросил Взятников.

-- Нет, не у Егорова.