Страница 15

НЕСОСТОЯТЕЛЬНАЯ КРАЖА

По улице идёт бабушка с большой картонной коробкой. Устав, присела на лавочку, положив свой груз рядышком. Тут появились двое мальчишек и, схватив коробку, убежали. Бабулька — в слёзы. Прохожие стали успокаивать, а она ещё больше завывает. Тогда одна женщина спросила:

— А что в коробке-то было, бабуль?

— Да вот кот у меня сдох, везла его в садике похоронить…

НЕУДАЧНАЯ «ПОДСТАВА»

Вёл как-то следователь уголовное дело о крупных хищениях. И приходит однажды к нему баба, проходившая как свидетель, хотя ей впору быть обвиняемой. Но самое интересное — пришла без вызова и несла какую-то чушь — ничего существенного, поэтому следователь заподозрил что-то неладное. После ухода незваной гостьи осмотрел кабинет, а в углу неприметно стоит бутылка шикарного французского коньяка, этикетка вся в золоте.

Благо следователь в органах работал пятнадцать лет и знал, как делаются подставы. Необходимо было срочно избавиться от «подарка». Но куда? В кабинете нигде не спрячешь, в сейф — бесполезно, а в коридоре уже шаги. Милиционер вовремя сообразил: открыл окно и швырнул бутылку в сугроб.

Через полчаса безуспешных поисков комитетчики извинились и исчезли. А за причинённый моральный ущерб, следователь вышел во двор, подобрал бутылку и выпил за своё здоровье — не пропадать же добру!!!

О СПИСАННЫХ НАРУЧНИКАХ И ИХ ПОЛЬЗЕ

В одном отделении милиции отличились сотрудники уголовного розыска: задержали с поличным на колхозном рынке мелкого воришку. Его усадили в патрульную машину. Но так как он вёл себя слишком буйно, возмущался, что взяли его ни за что, доказывая свою невиновность слишком агрессивно, то пришлось на него одеть наручники.

Перед допросом, в кабинете опера, попытались с задержанного снять «браслетики». Однако ключ в замке застрял — не поворачивается ни в одну и не в другую сторону. Спецтехника-то старая: давно бы списать надо было бы. Однако с финансированием милиции дела обстоят неблагоприятно — приходится пользоваться давно списанной техникой.

Минут двадцать промучились милиционеры: то один попробует открыть, то другой — ничего не получается. Один опер не выдержал, плюнул и вышел из кабинета, а вернулся с огромным топором, заявив с порога:

— Будем рубить!

— Как рубить? — округлил глаза вор.

— Как, как… С руками, конечно. Потом кисти твои в пакетик и на помойку. Главное — наручники не попортить, а то мне попадёт за них: всё-таки казённые.

И так это было убедительно сказано, что задержанный соскочил со стула и давай упрашивать:

— Не надо, начальник. Не калечь! Я тебе все твои дела расскажу…

— А как же наручники? — не унимался опер.

А тем временем преступник уже поднимал «глухари», над которыми долго бились опера. Были задержаны ещё двое подельников.

А наручники потом слесарь снял.

Вот так списанное имущество всё-таки помогло повышению раскрываемости.

О ТОМ, КАК ПОРОСЁНОК БОРЯ БОРОЛСЯ СО СТИХИЕЙ