Страница 41

— Сестрёнка, мы с тобой заблудились, что нам теперь делать?

А у школьницы вдруг такая смелость появилась:

— Мы должны идти, иначе замёрзнем и, нас снегом заметёт.

И девушки пошли. Та, которая помладше, под ногами заметила следы от колёс трактора, и они пошли по следу. Вскоре послышалось мычание коров — так и вышли к ферме.

Оказывается сёстры бродили почти три часа и уже уходили в степь, но благодаря следу, оставленному трактором, подвозившим корм коровам, вышли к ферме.

Доярка рассказала всем своим подружкам эту историю и нахваливала младшую сестрёнку за сообразительность.

ПОМОЩНИКИ — ЦВЕТЫ

Как-то один пилот, служивший на Севере, шёл мириться к своей любимой девушке. Ссора длилась полгода, поэтому на душе у юноши — тоска, и чем ближе дом любимой, тем страшнее.

Парень звонит, дверь открывается, и он извиняется, говорит, что любит. В глазах у девушки: обида и боль. Наконец она произносит:

— Ну что же ты пришёл мириться без цветов.

Сказать юноше было нечего, да и где взять цветы зимой в Коми… Но вдруг он вспоминает, что вчера был у знакомой, которая только прилетела с Сочи с букетом роз. Лётчик бежит к ней, просит цветы. Она понимает и заворачивает в газету. Жених сунул букет за пазаху меховой куртки и к Наталье. Мороз не заметён, только мысли о том, чтобы не обморозились цветы.

Вот наконец заветный дом, подъезд, юноша разворачивает цветы — не опали. Звонок в дверь, открывает девушка и с обидой произносит:

— Я же тебе всё сказала.

Парень достаёт из-за спины букет. Розы как— будто пожалели парня: собрали все свои последние силы, бархатные лепестки побагровели и заиграли от тусклой лампочки.

Невеста взяла букет, её большие, сияющие розовым светом глаза явно говорили, что она всё простила…

ВЕРУЮЩАЯ АТЕИСТКА

В 1945 году молодую учительницу — убеждённую атеистку, согласно программе ликвидации безграмотности /ликбез/ направили по распределению в глухое село на Украине.

Она с двумя сыновьями жили при школе в большой деревенской избе, которую невозможно было натопить — сколько ни топи. Жильё располагалось в сосновом бору недалеко от села. Всё население в послевоенный год перебивалось с хлеба на квас. Но у местных жителей было хоть какое-то хозяйство, а у учительской семьи — ничего. Поэтому кто-то из селян приносил картошку, кто-то дров.

Наступила зима, всё замело: избы, дороги и школу — ни проехать, ни пройти. Три дня братья сидели на печи. Которая постепенно стала остывать: дров нет, еды тоже. У всей семьи во рту ни маковой росинки. И вот мать, шатаясь от голода в метель пошла в деревню выменять одежду на еду. Но в метель сбилась с дороги, ничего не видно… Но вдруг видит перед собой бугорок, похожий на муку.

«Мерещится…» — подумала женщина, но нагнулась и увидела, что это действительно белоснежная мука, которую называли крупчаткой. Когда собрала в пакет, недалеко увидела ещё одну кучку — и вновь собирать. А самое интересное, что вокруг — ни души, никаких следов, а мука как— будто только что насыпана: ни смёрзлась, ни спрессовалась… Собрав пять кучек продукта. Женщина по своим следам вернулась обратно, так как начало смеркаться, да и в деревню не было смысла идти.

С тех пор учительница об атеизме больше речи не заводила…