Страница 58

Потом он спросил, какая зарплата меня бы устроила. Я сказала, что если будут патроны, то зарплаты не надо.

Вы знаете, что такое – ползти по-пластунски? Это то же самое, что плыть кролем, только не в воде, а по песку.

Бронежилета с вытачками для меня не нашлось, а пуленепробиваемые лифчики моего размера ещё не шьют. Поэтому намазалась защитным кремом от загара и отбыла на передовую позицию, которая почему-то всегда проходит там, где нахожусь я.

Посылаю вам своё фото. Я – в центре. Правда, больше на фото никого нет. Но вы можете подумать, что мужик в босоножках, каске, противогазе, с сигарой, огнеметом, феном и лимонками в авоське – это не я".

Умная Маша.

Он ко мне прямо на остановке подвалил. Ничего такой парень. Старый только. Годика двадцать два.

И чего они ко мне на остановках подваливают? Вроде, упакована не сильно. Из одежды – только самый минимум. Блузка с вырезом. До живота. И юбка с ремнем. Да и юбки-то не очень много. Чуть больше, чем ремня.

А этот, не стесняясь, прямо на остановке спрашивает меня в спину:

– До метро, не скажете, как доехать?

Ну, я его сразу раскусила: познакомиться хочет. Тем более, что из велосипеда со мной разговаривает.

А у меня такое правило: знакомлюсь только с теми, кого хорошо знаю.

Поэтому разворачиваюсь и прямо в лоб ему говорю:

– Меня Маша зовут. Но можно просто – Мария Васильевна. А вас – как?

– А меня, – говорит, – не Маша.

Думал, он меня этим возьмет. Но я его сразу на своё место поставила.

– И куда же, – говорю, – вы меня пригласить хотите?

Он нагло так говорит:

– Да вообще-то я домой спешу!

Думал, наверно, что я сразу соглашусь. Но я ему сразу все концы обрубила:

– А где, – говорю, – вы живёте? Потому что если близко, то я пойду. А если далеко, то лучше – на транспорте.

Он сразу как-то обмяк.

– Конечно, – говорит, – на транспорте. Хотя это и близко.

Ну, думаю, человек нежадный: раз близко и на транспорте.

Подъехали к его хате. Он дверцу передо мной распахнул. Лифта. Но я с незнакомыми мужчинами в лифты не захожу. Поэтому сперва познакомилась, потом зашла. Поднялись в его квартиру. Он говорит:

– Выпить хотите?

Я говорю:

– Что за намеки?! Сперва – выпить, а потом – в постель?!

Он говорит:

– Ну, можно сперва – в постель, а потом – выпить.

Короче, пока я пила, он меня незаметно в постель и затащил.

Но на меня ж где залезешь, там и слезешь! В общем, краем глаза тихонько наблюдаю за ним и за собой: что дальше будет? Ну, он после встал, оделся. Не знает, балда, что я в этом деле не участвовала.

Я ж не такая дура – чтобы с первым встречным!

Ну, он, значит, стоит одетый надо мной, на часы через каждую минуту смотрит: дескать, скоро родители придут.

А я гордо так лежу поперек кровати, раздетая, с бокалом вермута и говорю ему так откровенно, чтобы поставить все точки над "и":

– Мне, – говорю, – пора!

И резко встаю. Он говорит:

– Одежду не забудь.

Ну, я собрала одежду по углам, и иду от него. Он говорит:

– Бокал оставь.

Скупердяй! Ну, да ладно, поставила, а он меня вежливо так в спину пихает:

– В лифте оденешься.

И все. И больше я к нему ни ногой. Ни рукой. Не звоню даже. Тем более, ни телефона его не знаю, ни адреса. Люстру только и запомнила. Хотела ему свой номерок оставить, а он:

– После, – сказал.

Ну, ничего, я его по отпечаткам пальцев найду. Второй месяц специально не моюсь!

Возвращение к жизни.

Ведущая (врач Марина Михайловна Кашенцева). Здравствуйте, дорогие телезрители! Начинаем передачу «Бутылке – бой!». Сегодня у нас в гостях бывший алкоголик Васюкова, которая прошла полный курс лечения в наркологическом стационаре при заводе железобетонных конструкций. Нина Степановна, как сейчас себя чувствуете?

Пациентка. Чувствую сейчас себя хорошо. Можно даже сказать – удовлетворительно.

Ведущая. А как попали в наркологический стационар?

Пациентка. В наркологический стационар я попала по ходатайству нашего коллектива. Наш коллектив дружный, отмечаем вместе все праздники, именины, указы правительства.

Ведущая. А с чего все началось, Нина Степановна? Как начали выпивать?

Пациентка. Началось все с первой рюмки.