Страница 36

Если человек хочет относиться осмысленно к ситуации своей жизни, ему нужно спокойно, рационально, без всяких декораций мистического характера осознать простой факт: что он как субъективность нужен внешней жизни постольку, поскольку он в состоянии функционировать в ней. Конечно, мир меняется, и сейчас уже не жгут на кострах за ересь, – костры просто другие. Психологические в основном. Это с одной стороны. А с другой стороны, резко увеличивающаяся постоянно доступность разного рода информации возбуждает сознание задуматься о себе. И как только это происходит, сложности и начинаются. Сейчас модно назвать это «кризис среднего возраста».

Кризис в том, что та система мотивации, которой человек автоматически пользовался, функционируя внутри жизни как устройства, при современных возможностях цивилизации и интенсивности эксплуатации человека для многих очень быстро заканчивается. Просто заканчивается. Человек же не может просто взять и понять, что все кончилось. Программа кончилась. Game over. А поскольку ничего, кроме жизни как устройства, он не знает, а для него это жизнь закончилась. И он начинает судорожно искать продолжение программы. А его нет! Его нет – для очень и очень многих людей.

Цивилизация развивается по своим законам, количество людей с законченной программой функционирования все время растет, в некоторых особо развитых странах уже почти половина населения, и тут план древних мудрецов наконец-то начинает работать.Однако за прошедшие тысячелетия знание о человеке стало почти профанацией, то оно начинает работать в самых невероятных формах. Против этого древние мудрецы так и не нашли противоядия. В их времена еще не было такой ясности понимания, осознания, что бог людей – это страх. Если убрать все оболочки, то окажется, что там, за всем этим красивым, – страх. И когда человек видит конец программы жизни как устройства, первое, что у него возникает, – страх. Страх одиночества, страх ненужности, страх смерти и т. д. Человек бежит от этого страха. Куда он убежит-то, если это в нем?

Есть ли «добрая» программа?

Встает вопрос: существует ли в принципе нечто разумное, доброе, вечное, что может служить основанием другой программы? И может ли эта другая программа осуществляться, реализовываться внутри той же упаковки, внутри той же пирамиды? Мифологическое сознание готово с ходу отвечать на эти вопросы, говоря про реинкарнации, посмертную жизнь, высшие силы в полном наборе, на любой вкус. Небесные женихи, небесные невесты, бестелесные сущности, инопланетяне… Но даже если допустить, что все это реально существует, – у них тоже своя жизнь, и мы никакого интереса для них представлять не можем просто, разве в том случае, если им там не хватает рабочей силы, они могут воспользоваться свободным материалом, а так – всё. Нам в голову не приходит все это, потому что это мифология, это где-то там, над, вне.

Даже если это существует, то в том же едином пространстве. И там – так же как здесь, только без тел, скажем. Или с большими энергиями, силами. Но это количественные показатели, не качественные. По качеству все то же самое. Та же пирамида, кто-то главный, кто-то менее главный, кто-то хозяин, а кто-то работник…

Высшие силы ответа на вопрос о программе функционирования не дают. И поэтому это все превращается в умиление – утешение, в компенсаторные иллюзии, которые как бы успокаивают.

Но страх никуда не исчез. Это страх Я перед Мы. Причем интериоризированный и превратившийся в страх перед самим собой. Человек боится сам себя: а вдруг я не соответствую требованиям того Мы, членом которого я стремлюсь быть?

Гуманизм или бегство от свободы

Можем ли мы решить эту проблему, не покидая пределы человечества, своих соплеменников? Все попытки разумно ответить на этот вопрос обозначены одним абстрактным словом: «гуманизм». Попытки подумать, что-то предложить отдельно взятому человеку с его отдельно взятой жизнью, с его отдельной внутренней реальностью – это все гуманизм, гуманистическое мышление. И что же оно предлагает? Три основные такие есть ценности гуманистические: свобода, равенство, братство.

Братство – это понимание, что все мы люди и поэтому все равны, поэтому все мы братья и сестры… Пока не получается. Поговорить об этом получается, а реально – нет. Не равны мы, не братья мы и сестры. Хотя бы потому, что каждый из нас штучный, не говоря уже о социальном неравенстве, материальном неравенстве, неравенстве способностей врожденных и так далее. Не получается.