Страница 17

- Возьми себе помощника, и мы чаще будем видеться. Я скучаю по тебе.

- Я тоже моя дорогая, скучаю и переживаю, что оставляю тебя одну. Но я не могу брать тебя с собой, для тебя это опасно. Я не обучен защищать, в этом плане я бесполезен.

- Я понимаю, – вздохнула Вита, – и в конечном итоге я сижу одна каждый день в пустой комнате. Я уже много месяцев живу здесь. Все что я имею право, это сидеть тут или в саду. Мне нечем заняться, читать я ваши книги не умею. Общаться не с кем. Мужчины меня не понимают, а женщин здесь нет.

- Вита. Это депрессия, она пройдет, вот увидишь. Давай я сделаю тебе легкий успокоительный чай. Ты хорошо поспишь, проснешься с легкой головой. Я тебе книгу почитаю на ночь. Только не плачь. Ты рвешь мое сердце.

Вита забралась под одеяло и отвернулась к стенке. Жен лег рядом с ней, одной рукой прижал к себе, а носом зарылся в волосы. Так и лежали. Она перестала плакать, но и поворачиваться к нему не спешила. Молчала.

Через какое-то время Жен понял, что Вита уснула. Тело у него затекло и требовало движения. Он осторожно встал, укрыл самку вторым одеялом и вышел, закрыв за собой двери. Жен решил найти старейшину.

Сорлин нашелся в тени деревьев на шезлонге с электронным выпуском новостей. Когда к нему подошел Жен, он выключил экран, и повернулся к нему:

- Вы выглядите уставшим, доктор Жен. Вы работаете без выходных, разве так можно?

Жен расположился на шезлонге рядом.

- Дело не в этом, старейшина. Я переоценил свои силы. Мне трудно нести ответственность за самку. Я весь извелся и ей все хуже и хуже. Если бы кто-нибудь подсказал мне как себя вести и что делать. Я застал ее плачущей в своей комнате. Я не могу быть рядом с ней. Работа, а еще ее запах.

- Друг мой. Для самок перепады настроения нормальное явление. Завтра она снова будет порхать стрекозой и о сегодняшней печали даже не вспомнит. Не воспринимайте ее слезы на свой счет, в том, что с ней происходит, твоей вины нет.

- Вы с ней поссорились?

- Ни в коем случае. Я пытаюсь оградить ее от неприятностей. Ей нельзя в деревню. Парни ее не видели после трансформации. Вряд ли они отнесутся к ней так же, как относились к прошлой Вите. Теперь она молин, она не сможет просто так общаться и жить в деревне. Ее это разозлило, она выгнала меня, и теперь видеть не желает, – засмеялся старейшина. – Она ведет себя как капризный ребенок.

Жен тяжело вздохнул, откинулся на спинку и прикрыл глаза. Ветерок шевелил волосы. Шелестели листья на деревьях. Наступили короткие сумерки. Было так хорошо и спокойно лежать, ничего не делать. «Послезавтра прилетает корабль с молинами. Приедет человек, который займется руководством. Это хорошо. Я поговорю с Косом. Может ли Вита пожить у них? Если нет – то построим ей дом недалеко от больницы, и пусть себе выращивает цветы и собирает красивые камешки. У нее их уже целая коллекция, - так думал Жен, пока не задремал.

Старейшина опустил спинку его шезлонга в положение лежа. Сходил за одеялом и подушкой, и устроил Жена поудобнее. «Совсем загонял себя, глупый мальчишка. Ты же бегаешь от нее, держишь дистанцию, пытаешься заботиться на расстоянии. Боишься потерять лицо, и даже самому себе не хочешь признаться, что хочешь ее, боишься этих мыслей. Но ты такой же молин как и другие. Разница небольшая. Когда-нибудь ты это поймешь. Осознаешь. Ты можешь быть ей мужем, если сам допустишь такую мысль, видимо тебе надо дозреть».