Страница 50

1) Если окружающим солнечную систему пространством мы назовём призму, поперечный разрез которой был бы многогранник, углы граней которого составляли бы точки равного притяжения солнца и ближайших к нему звёзд, а высотой этой призмы мы приняли бы весь путь, пройденный солнцем со времени его существования, то отношение объёма этой призмы к количеству весомой материи было бы в полном смысле слова бесконечно.

2) Если же мы примем только, что пространство, окружающее солнечную систему есть шар, радиус которого есть точка равного притяжения солнца к ближайшей от солнца звезды, а в созвездии Центавра - то и тогда объём этого пространства будет неимоверно велик в сравнении с количеством весомой материи, а именно: объём этого шара будет равен числу кубических вёрст, которое должно быть выражено цифрой 55 с приставленными к нему семьюдесятью пятью нулями с правой стороны.

Из этого простого соображения вытекает тот вывод, что на каждую единицу объёма весомой материи приходится такое число единиц пустого пространства, которое должно быть выражено цифрой 44 с пятьюдесятью восемью нулями, приставленными с правой стороны. Это ничтожное количество весомой материи, находящееся во вселенной, не должно ли заставлять нас предполагать эти беспредельные пространства заселёнными и наполненными той природой, теми существами, которые выходят из пределов познаваемого человеком? Всё в этих беспредельных областях скрыто от человека, одни кометы служат для нас безмолвными свидетелями того, что это пространство не пусто и этих комет на небе бесчисленное множество, столько, сколько рыб в океане, как выразился астроном Кеплер. Если бы не было даже и этой улики, то здравый смысл должен бы был подсказывать человеку: ищите в этих безднах жизнь и бытие, ибо без полноты этих пространств мы не понимаем полноты творений Божьих.

Связь души с телом.

От беспредельных междупланетных пространств вернёмся к жизни человека на земле и укажем некоторые детали функций полуматериальных оболочек при жизни души в материальном теле.

Когда дух должен водвориться в каком-нибудь человеческом материальном теле для жизни на земле, тогда с первых моментов зародышной жизни образуется роковая органическая связь между атомами зародыша и атомами полуматериальной оболочки духа. В силу этой связи образуется единство их взаимодействий, могущее быть нарушенным только смертью.

По мере того, как зародыш развивается через посредство жизненной силы, дух укореняется в зародыше, проникает его и охватывает всё материальное тело. Эта связь настолько крепка, что каждый невесомый атом оболочки духа прирастает к весомому атому земного тела. Подобная связь не может не отразиться на формировании жизненной силой самого организма; качества и способности духа должны влиять на сложение материального тела, как бы сильны ни были органические процессы и наследственные начала, и сложение тела. Дух во многом изменяет строение того тела, в котором поселяется, и вносит в него все те особенности, которыми сам владеет. Ко времени рождения человека связь между телом и духом устанавливается окончательно, и образуется одно нераздельное, связное и гармоничное существо.

Во время жизни человека на земле, этот полуматериальный двойник служит проводником мысли духа; через него дух приводит в движение все части тела, силой своей воли и своего желания; через него передаются духу все внешние впечатления тела.

При смерти происходит совершенно обратное действие, чем при рождении. Когда жизненные силы мало-помалу перестают действовать, умершие частицы тела отпадают и разъединяются с частицами полуматериальной оболочки и, как зрелый плед, отрываются от своего стебля. Смерть всегда происходит не от того, что дух покидает тело, но дух необходимо должен покинуть тело, ибо оно стало негодно к жизни.

Со времени смерти тела дух в своей оболочке делается независимым, единичным и цельным существом. Его способности, как ничем более не стеснённые, проявляются независимее, полнее и отчётливее; только в этом состоянии может человек сказать, что он именно такой, для чего он жил и страдал, всё ли он сделал в земной жизни, что ему надлежало сделать, чтобы выполнить с достоинством свою жизненную функцию, - а пока он не достиг этого предела, на его долю выпадает возможность только догадываться и между сомнительным искать вероятного.

Глава IX.