Страница 12

Не говоря никому ни слова, я вышел из ворот и шел почти час, пока не пришел к подножию холма. Взойдя на лестницу храма, я пришел к алтарю, увенчанному большим остроконечным куполом. Заглянув туда, я увидел мурти с тремя ликами и шестью руками, в милостивой позе, на массивном постаменте из черного камня. Я узнал в его руках символы Брахмы, Вишну и Шивы: сосуд для воды и рукопись, раковину и лотос, трезубец и нить четок рудракша.

Вышел пуджари и дал мне цветочные лепестки, предложенные стопам мурти. Я спросил у него, что это за божество. Он улыбнулся, обрадованный моим интересом. «Это Даттатрея».

Даттатрея явился в древние времена как сын мудреца Атри и его супруги Анасуйи. Этот трансцендентный ребенок, Даттатрея был олицетворенной милостью Брахмы, Вишну и Шивы, тримурти (три формы) Величайшего, который создает, поддерживает и разрушает вселенную.

Пуджари показал мне пещеру под фундаментом храма. Примерно пять футов диаметром и двадцать футов в длину, она была входом в самадхи (мавзолей) йога, чья мраморная статуя, украшенная пеплом, сидела в позе лотоса в дальнем конце пещеры. Я узнал в нем того же садху, которого я видел на дорожке несколько ночей назад.

Также там было несколько картин в рамах: некоторые изображали йогов, некоторый других святых людей, а одна была головоломкой о коте на дереве, которую нарисовал йог, чтобы развлечь приходящих в храм детей. Я вспомнил головоломку в храме из моего детского сна, эта выглядела точно так же.

От священника я узнал, что этот йог – Шри Свайампракаш Брахмендра Авадхута Свами, который умер в 1948 году. Я спросил, возможно ли все же увидеть его сейчас. Священнослужитель кивнул, живо выражая согласие: «Да, с тех пор как Свамиджи покинул свою физическую форму, он являл себя многим людям. Он был сиддха-йогом. Смерть не может ограничить его могущество».

Он сказал мне, что Брахмендра Авадхута осознал Брахман, то есть абсолютное изначальное сознание вне мирских названий, формы, качеств или желаний. В Индии широко распространена концепция, что безличный Брахман является наивысшим проявлением Бога. Ади Шанкара, очень влиятельный ведантист, живший примерно 1400 лет назад, обосновал эту философию, извистную миллионом индийцев как Адвайтавада, «учение о единстве».

Как семейный человек, Брахмендра Авадхута жил и работал в Коимбаторе, но позже оставил все и ушел в Гималаи. Он принял обет саннясы (формальное отречение от мирской жизни) от гуру из строгой линии «авадхута». Среди практики авадхутов есть дигхамбара-врата (обет носить на себе только небо). В течение многих лет Брахмендра Авадхута медитировал в одиночестве в горах, пока не ему не пришла свыше идея прийти к холму Латагири, возле Чендамангалам, и построить там храм Даттатреи. Он взял своих четырех учеников, и каждый основал собственный ашрам в этой области. Когда я нашел храм, о его поддержании заботилась семья, происходящая от старшего брата Брахмендры Авадхуты.

Их дом был у подножия холма. Я представился и в разговоре спросил, было ли раньше здесь какое-нибудь озеро?

Пожилая женщина, племянница йога, заговорила впервые за эту встречу: «Откуда ты знаешь про озеро?» Я замялся, не зная что сказать. Я стеснялся открыть свой сон. Она открыла ящик стола в античном кабинете и достала какие-то бумаги. Это был пожелтевший эскиз храма и холма, сделанный во время жизни Брахмендры Авадхуты. С одной стороны у подножия холма там было изображено озеро. Сейчас же в этом месте только заросли небольших деревьев.

Указывая на озеро дрожащим шишковатым пальцем, она объяснила: «Когда Свамиджи оставил этот мир, озеро высохло».

Я стал приезжать в Чендамангалам при любой возможности. Я увлекся Даттатреей и Брахмендрой Авадхутой. Мой ум погрузился в парапсихологическую воронку, которая, похоже, исходила от самадхи. Видения и озарения протекали сквозь «мистическую трубу», и иногда этот поток на часы уносил меня от знакомых берегов обычных рассуждений. Если я говорил с другими, находясь в этом состоянии, я мог внезапно открыть секрет из чьего-нибудь прошлого или точно предсказать будущее. Некоторые из местных жителей говорили, что я ясновидящий, другие – что сумасшедший.