Страница 17

— …какое только можно помыслить. Попросту говоря, он парень типа мастера дзэн, вроде Христа, вроде Будды, но ни Иисус, ни Христос не были на самом деле пробуждены ото сна, верно ведь?

— Не были?

— Они замечательные парни, не пойми меня правильно. Можно допустить, что они были пробуждены во сне, хорошо, но пробуждены ли ото сна? Очевидно, что нет.

— А Дервуд?

— Элвуд совсем другая история. Он парень что надо. Может, он и не пробуждённый ото сна, но он самое развитое существо…

— Вымышленное существо.

— …в царстве сновидений. Он что-то совсем другое, отличающееся от всех, кого мы видим, что-то, для описания чего у нас даже нет концептуальных инструментов. Он за пределами наших мнений. Он настолько совершенно погружён в энергетический поток, что полностью интегрировался со своей сновидческой средой, перешёл на другой уровень бытия, чисто мистический. Если даже он просто общительный идиот, кому какое дело? Но если он то, чем кажется, то он больший Христос, чем Христос, и больший Будда, чем Будда. Он самый старый пробуждённый-в-царстве-сновидений персонаж…

— Вымышленный персонаж.

— В царстве сновидений, где все персонажи вымышлены, вымышленность не требуется. В неком роде он реален, также как в неком роде реален я и в неком роде реальна ты. Для нас имеет значение, не его реальность в нашем контексте, но только то, что он существует как некая идея. Мы можем извлечь пользу из попытки понять Элвуда П. Дауда независимо от того, существует ли он на самом деле. Нам может быть интересно, как бы выглядело подлинно развитое человеческое существо, как мы могли бы сами выглядеть, если бы нам было дано больше свободы для развития во времени и пространстве. Элвуд П. Дауд интересен нам не потому, что у него приятель кролик или что он суперприятный парень, он интересен нам потому, что он представляет совершенное выражение человеческого потенциала. Он такой, какими мы выглядели бы, развиваясь тысячи и десятки тысяч лет. Он такой, какими мы все могли бы быть, если бы мы все могли быть такими, какими могли бы быть.

— Серьёзно?

— Элвуд прошёл весь путь. Он окончательный человек. Он зашёл так далеко, как может зайти в сновидении Атман. Мне бы и мысль в голову не пришла, что это возможно, но теперь, когда я рассмотрел случай Элвуда, пусть он и вымышленный, мне интересно, нет ли такой штуки, как полная интеграция со сновидением. Элвуд полностью интегрирован, вот почему он интересен.

— Ладно.

— Ты становишься слишком покладистой. Мне пора забеспокоиться?

— Только если твоё толкование важно для тебя. Ты становишься слишком мягким. Ты придаёшь своему слащавому любителю кроликов слишком большое значение. Ты раздул и м-ра Дауда и человечество далеко за пределы принадлежащих им по праву границ. Вы живёте всего 70–80 лет, потому что только на это и годится ваша конструкция. Даже несколько дополнительных лет приводят к разочарованию и скуке. Ты работаешь в бизнесе, связанном с лишением иллюзий, поэтому тебя так возбуждают все эти маленькие прозрения, поэтому тебе хочется бежать и делиться ими со всеми своими воображаемыми читателями, но истина такова, что опыт царства сновидений разыгрывается в узких границах, потому что это таковы ограничения формата. Выход за пределы этих границ лишь обнаруживает ограниченность мира форм и вырождается в комическое фиглярство, как с твоим любимым, но невозможным м-ром Даудом.

— Обломщица.

— Хуже того, — продолжает она. — В своих книгах ты сказал всё, что у тебя было сказать о просветлении и царстве сновидений, но ты не терпишь скуки, а больше ничто тебя не интересует, поэтому вместо того, чтобы с достоинством удалиться на покой, ты продолжаешь впаривать эту халтуру. Чем ты отличаешься от шарлатанов из духовного супермаркета, над которыми глумишься?

— О боже, полегче.

— Извини, это слишком?