Страница 32

Посмотрите на деревья Ван Гога - они совершенно другие, таких не существует в живой природе. Они уникальны, они творения Ван Гога, он живет через них. Это не те обычные деревья, что нас окру­жают, он не скопировал их у природы, не скопировал их ни у кого другого. Будь он богом, он создал бы такие деревья в природе. Он и есть бог в своем искусстве, он творец. Будучи самим собой, он не пытается играть в Создателя. Его деревья растут до звезд и задевают ветвями луну.

Ван Гога однажды спросили: «Что это за деревья? Откуда у вас эти образы?»

Ван Гог ответил: «Я никуда не хожу за идеями, деревья эти - мои деревья! Если бы я был Создателем, мои деревья доставали бы до звезд, потому что мои деревья - это мечты земли, желания земли - достать до звезд; земля тянется к звездам деревьями-руками, деревь­ями-мечтами и желаниями земли».

Эти деревья не копия. Это деревья Ван Гога.

У Создателя есть что дать этому миру, он вынашивает свое тво­рение. Разумеется, даже Ван Гогу нужна техника, потому что даже он не мог бы рисовать без помощи рук. Отрезать ему руки - и что он будет делать? Ему также нужна техника, но это лишь способ обще­ния. Техника не является самим посланием, она нужна только как средство его передачи. Главное, у него есть что сказать. Каждый художник - пророк, должен им быть! Каждый художник – творец, должен им быть. Ему есть чем поделиться, и, конечно, для этого нужны определенные средства передачи.

Если я хочу что-то тебе сказать, мне нужны слова, но если я го­ворю только слова, в них нет содержания. Получается просто бол­товня, и я выбрасываю этот словесный мусор на окружающих. Но если мои слова несут мою тишину, мое послание без слов тебе, только тогда они действительно сказаны.

Если что-то должно быть сказано, оно будет сказано словами, но оно само не есть слова. Если что-то будет нарисовано, оно будет на­рисовано красками и кистью на холсте с помощью определенной техники, но сама техника не есть содержание картины.

Сообщение передается с помощью средства, но средства самого по себе недостаточно.

Искусный исполнитель владеет средством, пусть даже самым со­вершенным средством, но ему нечего сказать или передать другим. Его сердце не переполнено. Он работает головой, которая помнит технологию, и руками, которые помнят навык. Руки и голова дейст­вуют заодно, но сердце при этом остается безучастным, незатрону­тым. Выйдет картина без души, в ней не будет биения, не будет пульса жизни. Эту разницу заметить нелегко, ее нужно почувство­вать внутри.

Возьмем другой пример, который проще понять. Вы любите ко­го-то: вы его целуете, держите его руку в своей руке, обнимаете, за­нимаетесь с ним любовью. Все то же самое вы можете делать с че­ловеком, которого не любите - тот же поцелуй, те же объятия, то же пожатие рук, те же движения в любви - но вы не любите его. В чем же разница? - поскольку в том, что касается действия, разницы не будет никакой: вы целуете, и целуете его точно так же, по крайней мере, стараетесь.