Страница 12

Передо мной на бежевой шкуре лежали камешки и старая потемневшая фигурка оленя, грубо вырезанная ножом будто впопыхах, так как на ней было много царапин, куда забилась грязь. Справа от шамана лежал небольшой кривой деревянный посох, обвязанный лентами разных цветов и материалов.

Подобные фигурки духов стояли на скамейках по всему периметру вигвама. Медведи, волки, лисы, олени, зайцы.

Слева от меня у стены расположилась связка веток. Какие-то из них выпустили почки и листья.

Шаман протянул ко мне руку и вручил фигурку оленя. Я взял ее и посмотрел на шамана. Он все еще не смотрел в глаза.

Я понял, что должен вертеть оленя в руках, пока длится наша беседа. Шаман спросил мое имя, и мы начали разговор. Поначалу он вел диалог осторожно, будто прощупывал, изучал, но затем стал говорить больше, и в конце концов, мне оставалось только слушать. Он рассказывал о жизни, о том, как редко к нему заходят люди. Я заметил у него интерес к мирской жизни, ему были любопытны некоторые детали современного быта, он считал его забавным, все эти гаджеты и приборы, которые саамы не принимают, так как это наносит вред окружающей среде. Но он будто стыдился задавать вопросы и криво улыбался и похихикивал, когда я раскрывал тайну очередной детали нынешнего уклада жизни.

На какой-то момент мне показалось, что он перестал меня слушать, так как шаман закрыл глаза и начал незаметно покачиваться вперед-назад. Я читал, что саамы достигли совершенства в состоянии, которое близко клинической смерти - камлание. Но перед тем, как погрузиться в него, шаман должен был танцевать и затем, внезапмно потеряв силы, упасть замертво.

"Нет, это не камлание", - подумал я, и шаман открыл глаза.

На этот раз он посмотрел на меня. Прямо в глаза. У меня на мгновение закружилась голова. Возможно, закрыв глаза, он спрятал на время часть своей души и полной силы, потому и смог посмотреть на меня открыто. А возможно, голова закружилась от специфического сладковатого запаха, исходящего от свечей, которые, как оказалось, тоже были сделаны вручную с использованием местных трав.

Спустя минуту непрерывного взгляда шаман взял в руки посох с разными лентами и отдал мне со словами.

- Обменяемся силой. Ты завяжешь на моем посохе свою ленту, а я подарю тебе что-то мое.

Я знал, что это невообразимая удача - обменяться таким образом энергиями, и она выпадает не каждому. Это настоящая честь.

У меня не было лент, потому я пожертвовал один из амулетов гау, который изготовил сам. Шаман оценил щедрый подарок и из пол своего костюма выдернул красную потрепанную ленточку. Он попросил оленя, которого я все еще теребил в руках, назад, и завязал ленту на одной из ножек. Затем вернул оленя мне.

- Ты можешь его забрать.