Страница 6

Утром, вечером и ночью мы будем заниматься групповыми медитациями. Это групповые медитации. Одна медитация будет индивидуальной. От четырех до пяти мы будем заниматься киртаном, петь и танцевать. От трех до четырех вы будете наедине сами с собой. Не общайтесь ни с кем, просто оставайтесь наедине с самим собой. Побудьте под деревом, около скалы, в любом месте. Если вы не можете найти себе уединенного места, тогда просто садитесь снаружи комнаты, но под открытым небом, не делайте это в комнате. Это нужно делать индивидуально, каждый должен сделать это, не пробуйте избежать этого.

Сядьте под деревом, посмотрите на небо. Не смотрите на что-то определенное, просто посмотрите беспристрастными глазами, чтобы увидеть все небо целиком. Когда вы смотрите на что-то определенное, вы ограничиваете себя. Тогда вы сконцентрированы, ваши глаза могут видеть только одно, они избирательны. Посмотрите беспристрастно, чтобы видеть все небо. Смотря в небо, начните в течение двадцати минут говорить совершенную околесицу, чепуху. Небо не может понять вашего языка, поэтому не пользуйтесь языком, это бесполезно. Небо не может понять его. Тарабарщина (gibberish — джибериш).

Вы можете не знать откуда происходит это слово: тарабарщина (джибериш). Оно происходит от одного суфия по имени Джибар, который обычно молол полную чепуху. Он так говорил, что никто не понимал, что он говорит. Итак, из-за того, что началось все это с Джибара, люди начали называть такую речь джиберишем. Английское слово gibberish произошло от суфийского мистика Джибара.

Поэтому станьте Джибаром, говорите всякую чепуху, тарабарщину, издавайте звуки, делайте рожицы, обращаясь к небу, а не к кому-то еще. Вы разговариваете с небом. Есть христианская секта, которая называет такого рода медитацию «глоссолалия», то есть болтание языком. Насколько я знаю — только эта секта среди христиан знает хоть что-то. Что бы у вас не возникало в уме: говорите это. Иногда это будут просто звуки, иногда животные звуки, иногда крики, вой, рычание, все что угодно. Не пытайтесь при этом создать какой-то смысл, потому что это совершенная чепуха, пытаться создать смысловую связь с небом. Вы не разговариваете с человеком, вы разговариваете с обширным небом, которое не может понять никакого языка и может понять все что угодно.

Язык вам не поможет. Почему? Потому что если вы будете следовать законам речи, вы никогда не выйдете за пределы языка. Когда вы разговариваете с небом без определенного смысла, ум просто исчезает. Он не используется, он не может сохраниться. Ум будет пытаться сказать вам: «Что ты делаешь, ты что, с ума сошел?» Не слушайте его. Просто скажите ему: «Подожди и позволь мне делать то, что я хочу». Наслаждайтесь этим.

В течение двадцати минут вы говорите совершенную тарабарщину, а потом двадцать минут расслабляетесь в безмолвии. Продолжайте смотреть на небо, если вам хочется этого, или, если вы не чувствуете, что вам хочется этого, закройте глаза и смотрите во внутреннее небо. После этих двадцати минут чепухи вы почувствуете такое безмолвие, такую воздушность, такое обширное пространство внутри себя, что вы не сможете представить, что из этого может произойти.

Но будьте уединенны, потому что если там будет еще кто-то, ваш ум начнет изворачиваться. Если там будет еще кто-то, вам захочется создать хоть какой-то здравый смысл из того, что вы делаете, потому что каждый человек воображала. Или вы можете создать тарабарщину просто для того, чтобы показать другим, что вы создаете тарабарщину. Не в этом смысл. Вы должны быть искренни в этом отношении. Это не для кого-то, а для неба.

Вы не можете обмануть небо. Небо знает миллионы, миллионы, миллионы таких как вы. Вы тоже знаете небо на протяжении миллионов и миллионов жизней. Мы все вышли из него и уйдем в него. Соприкасаясь с небом, внутри вас создается пространство, когда эти два пространства встречаются, возникает экстаз. Это упражнение нужно делать в уединении, потом следует киртан.

Вечером у нас будет третья медитация, групповая медитация. Вам нужно смотреть пристально на меня — тратак. Я буду стоять здесь, а вам нужно смотреть на меня не мигая. Глаза устанут, начнут течь слезы вниз, пусть так и будет. Продолжайте смотреть на меня, чтобы я мог встретить вас, а вы могли встретить меня. Только благодаря разговорам, встреча не может состояться. Я разговариваю только для того, чтобы побудить вас к чему-то, что невозможно рассказать словами. Итак, разговор — это только средство для соблазнения к чему-то, для побуждения к чему-то тому, что невозможно сделать простыми словами.