Страница 19

Такое предостережение устава весьма существенно в том отношении, что не следует противопоставлять провинность человеческому достоинству. Важно, чтобы офицер убедился, что он действительно провинился, и тогда взыскание возбуждает его энергию.

Налагая на человека взыскание, от него требуют проявления известных сил, которые у него обязательно имеются и за которые он достоин уважения. Не будь у него этих сил, с «его бы не требовали и его не подвергали бы взысканиям.

Вот это обстоятельство и необходимо подчеркнуть офицеру, напоминают ли ему о его обязанностях или подвергают его взысканию. Офицера надо подвести к выводу, что он имеет все данные для проявления воли в нужном направлении. Таким образом, умелый начальник и средствами взыскания развивает волю офицера, возбуждая сознание его достоинства и воинского долга.

«...В своей практике, — говорил Макаренко, — когда стояла задача воспитывать человеческое достоинство и гордость, то я этого достигал и через наказание»[8].

Всякое взыскание причиняет боль. Если взыскание незаслуженное, то причиняемая им боль действует во всех отношениях отрицательно. Когда же офицер провинился, то боль, причиняемая ему взысканием, мобилизует его волю, чтобы впредь не заслуживать взысканий, чтобы искупить свою вину. В этой боли заложена основа для исправления. Цель взыскания достигнута, если офицер сознает, что он его заслужил, и имеет достаточно сил, чтобы исправиться.

4. Руководство дисциплинарной практикой офицера

Начальник, руководя дисциплинарной практикой офицера, постоянно напоминает ему, что твердая воинская дисциплина является важнейшим условием боеспособности. Это азбучная истина, но ее нелишне напоминать офицеру, особенно молодому, чтобы он считал своей главнейшей задачей укрепление дисциплины своего подразделения. Не решив этой задачи, офицер не будет иметь боеспособного подразделения, следовательно, не выполнит своего воинского долга. Офицер должен знать, что по тому, как он разрешает эту задачу, начальник будет судить, что он собой представляет как командир.

Бывают люди, умеющие выполнять самые жесткие требования дисциплины, но потребовать такого же отношения к дисциплине от других они не в состоянии. Такой человек обычно является хорошим исполнителем, способным иногда и на большие подвиги. Офицер должен быть требовательным не только к себе, но и к своим подчиненным.

Для того, чтобы предъявлять требования к другим, необходимо обладать волевыми качествами, целеустремленностью и настойчивостью руководителя и командира. В первую же очередь, конечно, необходимо самому быть образцом дисциплинированности, чтобы иметь больше моральных прав и оснований требовать с других.

Принято говорить о воспитании характера характером. В первую очередь это справедливо в отношении дисциплинированности, которую офицер должен воспитывать в своих подчиненных. Вместе с тем в процессе воспитания подчиненных воспитывает себя и офицер.

Офицера необходимо воспитывать так, что односторонняя требовательность не является решением вопроса о прочной дисциплине. Высокая требовательность к подчиненным обязательно должна сочетаться с чуткостью, всемерной заботой как об их росте, так и о материально-бытовых нуждах. Такая чуткость и забота офицера означает в то же время и его высокую требовательность к самому себе. Он обязан создавать условия, способствующие более быстрому и основательному изучению военного дела, чтобы ничто не мешало продуктивной учебе, не нарушало внутреннего распорядка, словом, он должен мобилизовать все факторы, воспитывающие дисциплину.

Отсюда следует, что руководство начальника дисциплинарной практикой офицера не ограничивается только вопросом о том, как и когда взыскивать с подчиненных, как их поощрять. В ходе руководства дисциплинарной практикой офицера ему должно быть показано, какие факторы как влияют на состояние дисциплины. От правильного учета и использования всех воспитывающих факторов, в том числе и своих дисциплинарных прав, от их организации зависит состояние дисциплины в подразделении.

Офицеру должно быть привито убеждение, что как достижения, так и недочеты в дисциплине подразделения могут быть отнесены за счет командира. Офицер с развитым чувством достоинства и воинской чести никогда не успокоится на достигнутом и никогда не замажет, не преуменьшит замеченных им недочетов. Для него каждый факт поощрения или взыскания, которое он применяет к своему подчиненному, служит сигналом, оценкой, мобилизующей волю в одном случае для решения еще более важных задач, в другом случае — чтобы ликвидировать недочеты.