Страница 23

Теперь, когда я провел урок и представился людям, которые не знакомы с моей работой, я начну с того, что попрошу их повернуться и посмотреть в том же направлении. Это движение проще, и его легче выполнить, чем другие. Но есть одна точка, которую без перестройки своего организма вы достать не сможете. Здесь я обычно демонстрирую аудитории одну удивительную вещь, о которой они не знают. Большинство людей полагают, что, чтобы продолжить поворот, нужно быть гибким, молодым и иметь сильные мышцы. И если они страдают ревматизмом или кривошеей, то останавливаются и дальше двигаться не могут. Все движения становятся зажатыми, и повернуться еще больше позвоночник уже не в состоянии. У некоторых в одной точке позвоночника возникает давление, при неудачном действии она становится артритической и хрящ разрушается. В результате все движения причиняют невыносимую боль, и человек начинает опасаться, что если продолжит, то что-нибудь себе сломает. Поэтому я заставляю их делать нечто иное.

Точнее, я прошу их ничего не делать, а только неподвижно держать перед собой нос и двигать глазами в сторону и обратно, и затем повторить все заново. Итак, вернитесь в исходное положение, закройте глаза и, как и раньше, выполняйте движение до того момента, когда почувствуете, что достигли его предельной точки и что здесь вам придется приложить уже большие усилия. Вот граница вашего движения сместилась еще на 10—15 градусов. Продолжайте неподвижно смотреть перед собой и теперь поверните голову в другую сторону. Всего нужно три или четыре движения. Закройте глаза, подготовьтесь к выполнению той части движения, которая не вызывала у вас неудобств, и остановитесь в том месте, где почувствуете изменение напряжения. А людей все прибавляется. Итак, я продолжаю вам демонстрировать, что сейчас вы выполняете движения, которые противоречат чьему бы то ни было опыту. Вам нужно совершить простые движения глаз в противоположном направлении, если вы хотите обрести гибкость, и никаких упражнений — мы всего лишь поворачиваем глаза в обратную сторону. И неважно, насколько окостеневшими некогда были эти люди, был ли у них ревматоидный артрит или нет, толстые они были или худые, старые или молодые. Иногда с людьми происходят настолько значительные улучшения, что количество поворотов, которые они могут совершить, возрастает в четыре или пять раз по сравнению с тем, что было раньше.

[Мойше обращается к женщине, задавшей вопрос о глазах.] Попытайтесь сделать все заново. Сядьте, посмотрите на меня сквозь свои очки так, чтобы отчетливо меня видеть. Теперь разверните только плечи, видите? Вы привыкли двигать головой и глазами. Теперь сделайте движение плечами и посмотрите на мой нос. Не руками. Вы видите? Это и есть те самые нарушения, к которым привело вас ношение очков. Сейчас вы возьметесь за его искоренение. [Женщина из группы добавляет: «Мое зрение улучшилось с тех пор, как я начала заниматься осознанием через движение».] Конечно, оно стало лучше. Однако я хочу показать вам и всей группе важность вашего вопроса и ответа на него. Следите за мной. Если я посмотрю на вас, то разверну плечевой пояс, а руки буду держать на своем пенисе, можете так? Ну, конечно же, не можете — ведь у вас его нет! (Смех.)

Вы можете держать руки на том, на чем можете, и, глядя на меня, двигать плечами. Выполните шесть движений, чтобы они стали для вас простыми и знакомыми. И необязательно напрягаться, чтобы хорошо выполнить эти действия. Дышите свободно и поверхностно. Теперь остановитесь. Осторожно посмотрите направо до того момента, пока вам не требуется прилагать для этого усилий, и затем поверните вправо голову и глаза. [Обращается к группе.] Посмотрите, насколько дальше она стала поворачиваться по сравнению с тем, что было раньше. Развернитесь в другую сторону. Взгляните, просто потрясающие улучшения. Как это возможно? Это и есть ответ на ее вопрос — это работа Магнуса в том виде, в котором я применил ее в функциональной интеграции.

Профессор физиологии из Чикагского университета посетила меня в Израиле и прошла урок, который я только что описал. Не знаю, осталась ли она им довольна или нет, но сидела она так, будто произошло нечто очень странное. В конце она мне сказала: «Меня очень взволновал этот урок». Я спросил: «Почему? Что в нем такого?», а она ответила: «Двадцать пять лет я учила своих студентов тому, что такое глазные рефлексы, шейные рефлексы, тонические глазные рефлексы, асимметричные шейно-тонические рефлексы, установочные рефлексы и их сочетание. Я изучала работу Магнуса, но мне никогда не приходило в голову применить ее на практике. (Смех.) Вот я и подумала о том, насколько ничтожно это мое преподавание. Я могла бы воспользоваться ею, чтобы улучшить жизнь всем моим студентам, однако не сделала этого, а только экзаменовала их, чтобы удостовериться, поняли ли они то, чему я их учила».

«Движение—жизнь; жизнь немыслима без движения».

Мойше Фельденкраиз